Статья посвящена рассмотрению правовых аспектов SMART-стандартизации. Обосновываются понятие и особенности SMART-стандарта с правовой точки зрения. Сделан вывод о том, что SMART-стандарт призван функционировать в условиях автоматизации процессов, поэтому выполнение его требований к качеству объектов предполагает создание особого функционала (опций) такого документа. Отмечается, что разработка SMART-стандартов ведется в интересах предприятий реального сектора экономики, которым должна предоставляться значительная степень усмотрения в вопросах их использования. Появление и широкое распространение SMART-стандартов могут потребовать уточнения и дальнейшего развития теории правовых актов.

Воздействие права на общественные отношения выражается не только собственно в их регулировании и охране, но и в выстраивании системы нравственных ценностей. Российское законодательство, регулирующее общественные отношения в сфере надлежащего обращения с животными, нуждается в совершенствовании, поскольку существующие пробелы не позволяют эффективно осуществлять противодействие экологическим правонарушениям с позиции не только уголовноправовой и административно-правовой защиты, но и развития нравственных ценностей гуманного взаимодействия с другими жителями земного шара. Современное законодательство в рассматриваемой сфере многоуровневое, что, однако, не придает ему признак системности. Представляется, что на федеральном уровне необходимо определить условия содержания диких и домашних животных, обращения с бездомными животными, максимально избегая использования оценочных категорий. Представляется целесообразным наиболее важные вопросы регламентировать именно на уровне федерального закона. В связи с включением в КоАП РФ норм, устанавливающих ответственность за ряд нарушений порядка обращения с животными, необходимо привести региональные акты в соответствие с положениями КоАП РФ, исключив дублирующие нормы.

В статье представлены результаты анализа правил операторов информационных систем по выпуску цифровых финансовых активов (далее — ОИС; ЦФА) и правил операторов обмена ЦФА (далее — ОО). Правила указанных операторов — основные документы, регулирующие вопросы функционирования информационных систем операторов, и в первую очередь видов цифровых прав, которые могут выпускаться или сделки с которыми могут совершаться в этих системах. С учетом того что инфраструктура выпуска и обращения ЦФА только формируется, а законодательство предоставляет операторам широкие возможности по формированию положений правил, ими предусмотрено разное регулирование в части выпуска и обращения цифровых прав. Целью исследования является анализ положений правил ОИС и ОО в части выпуска разных видов цифровых финансовых активов, так называемых «гибридных» цифровых прав, а также нового цифрового инструмента — иностранных цифровых прав. Результаты анализа направлены на обеспечение лучшего понимания регулирования цифровых прав правилами операторов ОИС и ОО с целью выявления общих подходов и отличий при формировании практики их выпуска и обращения.

Исторически возраст и (или) опыт спортсменов в практике споров о нарушении антидопинговых правил признаются одним из субъективных элементов, влияющих на степень незначительной вины или халатности. Начиная со Всемирного антидопингового кодекса 2021 г., во всех правилах появился институт защищенного лица, при определенных условиях применимый к несовершеннолетним спортсменам. Однако это не повлекло снижения или исключения возраста и (или) опыта как вероятностно значимых факторов, которые должны анализироваться в контексте иных доказанных обстоятельств. На основе практики Спортивного арбитражного суда (CAS) мы рассмотрели применение возраста и опыта спортсмена и их взаимовлияние в целях установления степени незначительной вины или халатности.

Рассматривается государственная политика по вопросу посещения верующими исповеди на протяжении XVIII — начала ХIX вв. Раскрывается механизм контроля за посещением исповеди и причастия населением с периода правления Петра I до начала правления Александра I. На примере Тобольской губернии показаны особенности взаимодействия между светской и духовной властью по вопросу учета не явившихся на исповедь и выявления причин, тому способствующих.

В настоящей статье рассматриваются первые итоги процесса внедрения Единых правил ЗПП в отечественную правоприменительную практику. Авторами делается вывод о том, что, несмотря на эффективность предусмотренных норм, направленных на защиту прав потребителей Союзного государства, их применение на практике сталкивается с рядом серьезных вызовов и препятствий. В статье проанализирована судебная практика, указывающая на то, что на сегодняшний день Единые правила ЗПП практически не воспринимаются судами как источник права, в том числе из-за формулировки о «рамочном характере» их положений. Тем не менее внедрение Единых правил ЗПП медленно, но идет. С целью более активного применения указанных норм в судебной практике авторы обращают внимание на необходимость разъяснения их прямого действия со стороны Верховного Суда РФ.

В статье анализируются высказанные в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2023 года № 3017-О относительно размеров и способов исчисления административных штрафов, установленных для юридических лиц, правовые позиции. В целом авторы разделяют оценки Конституционного Суда Российской Федерации, сделанные им по итогам изучения жалобы на предусмотренный ч. 1 ст. 16.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении юридических лиц административный штраф, поскольку в совокупности с иными предусмотренными данным кодексом правилами его применение позволяет обеспечить соблюдение принципов соразмерности и индивидуализации наказания за совершенное административное правонарушение.

Автором рассматривается вопрос об излишних нормативных требованиях, предъявляемых при реконструкции объектов капитального строительства, обладающих статусом объектов культурного наследия. Акцентируя внимание на особом статусе памятников истории и культуры, автор приходит к выводу о необходимости обеспечения баланса частных и публичных интересов в регулируемых отношениях. С использованием аналитического, системного методов автор подчеркивает необходимость применения подхода, согласно которому к памятникам архитектуры должны применяться в первую очередь нормы, действовавшие на момент их возведения, а текущие нормативные требования не должны затрагивать предмет охраны памятника, включая его внешний облик, интерьер, объемно-планировочные и конструктивные решения.

Вопросу квалификации сопряженных преступлений посвящено немало работ. Значительное внимание ему уделяли и высшие суды Российской Федерации — Конституционный и Верховный. Однако дискуссия продолжается по сей день. Между тем в рамках данной проблематики есть вопрос, ускользнувший от внимания специалистов. Речь идет о противоречивых рекомендациях Верховного Суда Российской Федерации относительно квалификации сопряженных преступлений разных видов. Так, убийство, сопряженное с разбоем или вымогательством, рекомендуется квалифицировать исключительно по совокупности с разбоем (вымогательством) с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего. А в других случаях сопряженных убийств такие жестко однозначные рекомендации отсутствуют. В настоящей статье авторы не только предлагают способ разрешения данного противоречия, но и высказывают мнение о том, что подобное решение может способствовать и преодолению дискуссии о сопряженных преступлениях в целом.

В статье представлены ретроспектива коллизий сущности права в подходах советских ученых и государственных деятелей СССР в 20–30-е годы и их современная «квазиправовая реинкарнация» на примере политики стран Запада в отношении Российской Федерации. В центре внимания автора — проблема соотношения принципа политической целесообразности и законности как в праве СССР, так и в современных реалиях геополитической трансформации однополярного мира в многополярный. В статье указываются положительные и отрицательные аспекты революционной целесообразности и законности в рамках административно-командной системы и механизма правового регулирования в СССР 20–30-х годов. В ней обоснована противоправность приоритета политической целесообразности и утилитарных «правил» западных стран в отношении международного права и режима законности в современных условиях. В заключение автор делает вывод о закономерности формирования многополярного мира на основе Устава ООН вопреки политической целесообразности и интересам правящих сил Запада под эгидой США.

В статье приводится краткая онтологическая оценка граффити как способа самовыражения личности, средства массовой коммуникации и выражения общественного мнения, части городской культуры и проявления маргинальной субкультуры. Очерчены границы привлечения графферов к ответственности за вандализм. На основе проведенного автором статьи анализа сделаны выводы о региональных особенностях административной ответственности в сфере благоустройства. Рассмотрены потенциально возможные ситуации, в которых граффити выступает средством совершения иного правонарушения. Изучена судебная практика по гражданским и уголовным делам, связанным с нанесением изображений и надписей на стены и прочие поверхности, сделаны выводы о наиболее характерных случаях и путях их разрешения. Констатирована слабая правовая урегулированность вопросов граффити на местном уровне, внесено предложение учитывать в этом вопросе опыт московского законодательства.

В данной статье автор рассматривает вопросы применения административной и уголовной ответственности в государствах-членах ЕАЭС на примере Республики Армения и Республики Киргизия. Автор делает обзор и сравнение данных видов ответственности на современном этапе.

В статье рассматривается допустимость выбора собственником земельного участка вида разрешенного использования «запас», если таковой предусмотрен в Правилах землепользования и застройки соответствующего муниципального образования для той или иной территориальной зоны. Анализируется возможность злоупотребления своим правом, так как «запас» в качестве вида разрешенного использования предполагает отсутствие ведения хозяйственной деятельности на объекте, что неизбежно приведет к нарушению принципа земельного законодательства, который предусматривает рациональное использование земельного участка. Ставится вопрос о возможности приостановить предоставление государственной услуги уполномоченным органом по регистрации прав при осуществлении своей функции.

Одним из главных направлений деятельности органов территориального общественного самоуправления (далее также ТОС) является осуществление хозяйственной деятельность по благоустройству территорий. В свою очередь, в соответствии с положениями п. 36 ст. 1 Градостроительного кодекса РФ благоустройство территории включает в себя комплекс мер, предусмотренных правилами благоустройства территории муниципального образования. Цель этих мер — создать более комфортные условия для жизни людей, поддерживать чистоту и красоту территории, а также содержать в порядке общественные пространства, здания, строения и сооружения, расположенные на территории муниципального образования. Действующее законодательство не устанавливает порядок учета предложений местных жителей, органов ТОС при разработке и принятии представительными органами правил благоустройства, учета особенностей территории, в границах которой осуществляется территориальное общественное самоуправление. Вместе с тем, по мнению автора, в условиях перехода к одноуровневой системе организации местного самоуправления, укрупнения муниципальных образований, активное включение территориального общественного самоуправления в выработку и принятие правил благоустройства территорий могло бы стать реальным и эффективным механизмом вовлечения населения в осуществление местного самоуправления, решение вопросов обустройства территории своего проживания, способствовало бы развитию муниципальной демократии.

Во второй части статьи рассматриваются система источников административного права и анализируются основные направления административно-правового регулирования общественных отношений в Московском государстве XVII в. В частности, исследуется административно-правовое содержание Соборного уложения 1649 г., отдельных правовых актов царя и Боярской думы, регулирующих вопросы компетенции центральных административно-судебных органов — приказов, городовых воевод, иных публичных должностных лиц, вопросы обеспечения ими общественного порядка, общественной безопасности, предупреждения преступности, порядка торговли и оборота спиртных напитков, привлечения нарушителей соответствующих правил к административной ответственности.