Работа посвящена исследованию правовой природы треста в условиях смешанной советской экономики 20-х годов XX в. при господстве государственной собственности. Установлено, что организационно-правовая конструкция хозяйственного объединения, которой выступал трест, вписывалась в новую систему народного хозяйства, возникшую в период проведения новой экономической политики и впоследствии преобразованную в различного рода народно-хозяйственные отраслевые и межотраслевые комплексы. В результате проведенного исследования автор приходит к выводу о том, что ранее сложившиеся организационно-правовые формы хозяйственных объединений при прежней экономической системе можно достаточно успешно приспособить к новым историческим реалиям.

Исследование посвящено правовым нюансам участия государственных органов в гражданских правоотношениях. В нем выявляются основания, по которым законодатель установил разные процедуры для их вовлечения, а также анализируются закономерности, определяющие специфику взаимодействия государства и граждан в рамках гражданских правоотношений. В ходе работы особое внимание уделяется отличиям между институтами, обозначенными в п. 1 и 3 ст. 125 Гражданского Кодекса РФ. Статья посвящена анализу широкого понимания термина «государственные органы» в российском законодательстве.

Современные вызовы, связанные с цифровизацией распространения информации, актуализируют проблему защиты деловой репутации участников предпринимательских отношений. В публикации названы ряд проблем, требующих скорейшего разрешения на законодательном уровне. В их числе: отсутствие законодательно закрепленной правовой презумпции о существовании положительной деловой репутации юридического лица (индивидуального предпринимателя), неуказание момента возникновения деловой репутации юридического лица (индивидуального предпринимателя), необходимость номинации деловой репутации (гудвилла) компании как нематериального актива, необходимость введения нормативного понятия «нематериальные убытки» и т.п.

В данной статье был исследован институт нотариата как форма защиты корпоративных прав. Автором проанализированы позиции ученых относительно отнесения института нотариата к юрисдикционной форме защиты и дано разъяснение понятия «ничтожность» в контексте нотариального удостоверения решений собраний. Также был проведен анализ законодательства, которое предусматривает обязательное нотариальное удостоверение решений органов управления юридических лиц. Автор обосновал, что законодатель установил императивное требование к нотариальному удостоверению решений собраний обществ с ограниченной ответственностью, предусматривающих увеличение уставного капитала.

На основе анализа бюджетного законодательства и теоретических подходов рассмотрены особенности правового положения юридических и физических лиц — неучастников бюджетного процесса; обосновывается, что получатели средств из бюджета являются участниками бюджетной деятельности государства (муниципальных образований) и, соответственно, субъектами бюджетных правоотношений с особым статусом.

В данной статье рассмотрены отдельные перспективы совершенствования локального нормотворчества в государственных корпорациях и их организациях, иных корпоративных объединениях.

В представляемом исследовании анализируется концепция «единой системы публичной власти», получившая нормативно-правовое оформление при новеллизации Конституции РФ в 2020 г. Законодателем под данной системой понимаются федеральные органы государственной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, иные государственные органы, органы местного самоуправления в их совокупности. Рассматриваемое установление представляется небезупречным по многим параметрам. Оно находится в системном противоречии с принципами и нормами Конституции РФ, закрепляющими федеративное устройство России. Кроме того, установленная модель публично-властной организации государства не учитывает действительного состояния публично-властной сферы, сложившегося к настоящему времени. Фактически она, помимо названных властных субъектов, включает широкий круг общественных институтов, некоммерческих, коммерческих организаций и публично-правовых компаний. Многие из них обладают признаками государственных органов: образованы государством на основе законов и действуют в его интересах, наделены властными полномочиями нормотворческого, правоприменительного и правоохранительного характеров и т.д. Проблематичность сложившейся ситуации обусловлена не только возникшей конституционно-правовой коллизией, разрешение которой потребует серьезных организационно-правовых усилий. Не менее тревожной является выявленная тенденция неуправляемого разрастания системы публичной власти на фоне размывания границ государственно-властной, государственно-управленческой деятельности.

Статья посвящена анализу положений диссертации К.А. Ершовой «Уголовная ответственность юридических лиц: основания и формы реализации», успешно защищенной в марте 2025 г. в диссертационном совете Уральского государственного юридического университета имени В.Ф. Яковлева.

Целью статьи является выявление причин низкой востребованности крестьянского (фермерского) хозяйства как коммерческой корпорации в качестве правовой формы осуществления предпринимательской деятельности в сфере сельского хозяйства, установление соответствия рассматриваемой формы сущностным признакам крестьянского (фермерского) хозяйства и интересам его членов. Результат исследования показал отсутствие целостности и полноты правового обеспечения этой организационно-правовой формы, наличие правил, ставящих членов крестьянского (фермерского) хозяйства в менее выгодное положение в сравнении с участниками иных коммерческих корпораций. Изучение законодательства ряда постсоветских государств позволило выявить положительный опыт, который может быть использован для совершенствования российского законодательства. Обоснованы предложения о необходимости внесения изменений в ст. 86.1 ГК РФ в части дополнения понятия крестьянского (фермерского) хозяйства как юридического лица таким его сущностным признаком, как отношение родства (свойства), установление возможности применения типового устава, исключения субсидиарной ответственности членов крестьянского (фермерского) хозяйства, а также запрета на их участие в другом КФХ, созданном в качестве юридического лица. Автор считает, что требуется существенное обновление специального закона о крестьянском (фермерском) хозяйстве путём включения в него положений о крестьянском (фермерском) хозяйстве как корпоративном юридическом лице.

Статья посвящена исследованию правовой природы некоммерческих корпоративных организаций (далее – НКО), действующих без приобретения статуса юридического лица в Российской Федерации. Цель исследования состоит в выявлении соотношения между легальной конструкцией НКО в гражданском законодательстве и фактически существующими формами коллективной самоорганизации, не прошедшими государственную регистрацию. Методологическую основу составили формально-юридический, системный и сравнительно-правовой методы. В статье анализируются положения Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона «Об общественных объединениях» и Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации», а также современные доктринальные подходы к пониманию корпоративности, организационного единства и объединений без образования юридического лица. Установлено, что действующее право не признает самостоятельной организационно-правовой формы НКО без статуса юридического лица, однако допускает существование объединений, обладающих отдельными признаками корпоративности. Обосновано, что такие образования корректно рассматривать как организационно оформленные сообщества некоммерческого типа, действующие во внутренней сфере корпоративно, а во внешней – через конкретных физических лиц. Предлагается разграничивать внутриорганизационные коллективные образования, неформальные объединения граждан и организационно оформленные незарегистрированные общественные объединения. Результаты исследования могут быть использованы в доктрине гражданского права, при совершенствовании законодательства и в правоприменительной практике при определении статуса родительских комитетов, кружков, клубов по интересам и иных форм коллективной самоорганизации. Отдельное внимание уделено разграничению понятий общественного объединения, неинкорпорированного сообщества и внутриорганизационного коллективного образования, а также вопросам имущественной обособленности и внешней ответственности участников.

Статья посвящена рассмотрению особенностей корпоративного управления в нотариальных палатах, которые являются профессиональными объединениями частнопрактикующих нотариусов, обладающими гражданской правосубъектностью и при этом выполняющими некоторые публичные функции. Актуальность рассматриваемых вопросов связана с активным обсуждением возможной реформы отечественного законодательства о нотариате, в результате которой статус нотариусов и их объединений может быть существенно изменен. Установлено, что создание корпоративной структуры для организации частного нотариата и управления им, базирующейся на принципах частного права и использующей все механизмы корпоративного управления, является оптимальным. Нет предпосылок для введения государственного управления нотариальной деятельностью без учета интересов профессиональных объединений, такой подход будет противоречить принципам латинского нотариата и основным началам гражданского права.

В статье рассматриваются возникающие, по мнению авторов, на практике проблемы, связанные с привлечением к ответственности единоличного исполнительного органа, и предлагаются меры, направленные на устранение некоторых из существующих проблем и противоречий.

В статье раскрываются два ключевых аспекта понимания государственной службы — это, во-первых, территориальная организация государственной службы, во-вторых, организационно-правовые формы функционирования государственной службы.

В ГК РФ публичная собственность урегулирована аналогично частной собственности граждан и юридических лиц, что не отражает особенности права государственной и муниципальной собственности. Неясно, в каком статусе выступают органы государственной власти и местного самоуправления, если Российская Федерация, субъекты Российской Федерации являются субъектами гражданского права, а не лицами. Предложен ряд изменений в гл. 5 и разд. 11 ГК РФ с целью более широкого публичного содействия развитию предпринимательства.

Связанность права традицией выступает маркером его стабильности и в то же время способствует ригидности правотворческой и правоприменительной деятельности. Вызовы XXI в. актуализируют законодательные новации, которые зачастую выходят за рамки сложившегося правопонимания. Выявить данные новации, определить перспективные пути модернизации законодательства — важная задача исследователей. Одной из таких перспективных новелл являются конституционные гарантии оказания квалифицированной юридической помощи юридическим лицам наряду с физическими лицами.

Концепция технологического развития до 2030 года, утвержденная Правительством РФ, знаменует подход к правовому регулированию промышленности в пользу технологического суверенитета страны. В статье рассматриваются организационно-правовые формы включения высоких технологий в реальное производство как исследовательские консорциумы и их отличия от инновационного научно-технологического центра, технологические компании, малые технологические компании и малые инновационные предприятия. Выявляются их особенности как юридических лиц, создаваемых для осуществления деятельности в определенных сферах, которые должны быть определены в соответствии с Гражданским кодексом РФ специальными законами и иными правовыми актами.

В течение последних нескольких десятилетий в Российской Федерации наблюдается значительное развитие учений о юридических лицах. Тем не менее исследование юридических лиц как правового образования остается недостаточным, что порождает неопределенность в понимании их природы. Статья посвящена анализу одного из признаков юридического лица — организационного единства.

Статья посвящена законодательству Финляндии об уголовной ответственности юридических лиц. Рассматриваются понятие, основания и условия уголовной ответственности юридических лиц; взаимосвязи между преступным деянием, совершенным физическим лицом, и уголовной ответственностью юридического лица; корпоративный штраф как наказание для юридических лиц и основания отказа от применения корпоративного штрафа к юридическому лицу; преступления, за совершение которых возможно привлечение к уголовной ответственности юридического лица.

Анализируются основания, условия наступления и процессуальные особенности реализации административной ответственности юридических лиц. Приводятся доводы о необходимости нормативного определения характера правонарушений, за совершение которых может устанавливаться эта ответственность, и условий, при которых она может возлагаться на организацию. Выявляются пробелы в регулировании производства по привлечению к административной ответственности юридических лиц, обосновывается целесообразность структурного обособления регулирующих его процессуальных норм.