Введение в 2022 г. военного положения в отдельных местностях Российской Федерации актуализировало вопросы, касающиеся правовой природы и предназначения этого административно-правового режима. В статье рассмотрены особенности военного положения с точки зрения оснований и порядка его введения, применяемых мер, специфики организации государственного управления в условиях этого режима. Особое внимание уделено новому институту административного права — правовым режимам, обеспечивающим военное положение, которые устанавливаются в тех субъектах РФ, где оно не введено. Показаны их вспомогательный характер, присущие им особенности, взаимосвязь с режимом военного положения.

В соответствии с ч. 1 ст. 125 Конституции РФ целями деятельности Конституционного Суда Российской Федерации являются защита основ конституционного строя РФ, основных прав и свобод человека и гражданина, обеспечение верховенства и прямого действия Конституции РФ на всей территории РФ.

В статье исследуется роль компенсаторных механизмов как альтернативного пересмотру конкретного дела способа восстановления прав лица, обратившегося с жалобой в Конституционный Суд РФ. Раскрыта публичноправовая природа этого института, показаны проблемы, возникающие при его применении в судебной практике и обусловленные в том числе отсутствием его надлежащей законодательной регламентации. Обоснован вспомогательный характер разбирательства в судах общей юрисдикции и арбитражных судах по обращению о реализации компенсаторных механизмов, которое призвано обеспечить исполнение решения Конституционного Суда РФ, признавшего право заявителя на их применение. Выражена позиция о предпочтительности использования процессуальной формы административного судопроизводства при судебном рассмотрении вопросов о форме и размере соответствующей компенсации.

В статье раскрывается понятие конституционно значимых пробелов в законодательстве, причины их возникновения и возможные средства устранения. На основе обширного анализа практики Конституционного Суда РФ показаны особенности квалификации органом конституционного правосудия нормативного правового регулирования как содержащего конституционно значимый пробел. Особое внимание уделено отличию конституционно значимого пробела от конституционно-правового дефекта, также выявляемого средствами судебного конституционного контроля, которые предполагают различные виды воздействия органа конституционного правосудия на законодательство и законотворческий процесс.

Значимым результатом конституционной реформы в Российской Федерации 2020 г. является упразднение конституционных (уставных) судов и появление нового института — конституционных (уставных) советов субъектов РФ. Правовой статус последних достаточно вариативен, и есть основания для выделения нескольких его моделей, воспринятых законодательством конкретных субъектов РФ. В статье показана специфика сложившейся в Республике Татарстан модели конституционного совета. На основе анализа законодательства этого субъекта РФ сделан вывод о том, что Конституционный Совет Татарстана — самостоятельный государственный орган, осуществляющий в «мягкой» форме надзор за соблюдением Конституции этой республики. В то же время отдельные элементы его статуса нуждаются в дополнительной регламентации.

В статье показана роль полномочий судов общей юрисдикции в сфере нормоконтроля как средства исполнения решений Конституционного Суда РФ. Данные полномочия обеспечивают дисквалификацию норм, воспроизводящих положения, признанные неконституционными, основанных на них или аналогичных им по содержанию. Тем самым суды общей юрисдикции осуществляют универсализацию правовых позиций Конституционного Суда РФ, трансляцию их ценностного содержания на иные нормы законодательства. Показаны основные проблемы, существующие в исследуемой области, отмечены возможные способы их разрешения.

Конституционное право на судебную защиту органично включает в себя и возможность оспаривания в суде любых нормативных правовых актов органов публичной власти, нарушающих права и свободы граждан. Подобные дела могут рассматриваться в порядке как конституционного, так и административного судопроизводства. В статье показана специфика сложившейся в современной России модели разграничения подведомственности этой категории дел между Конституционным Судом РФ и иными судебными органами, основанной на разделении критериев и объектов нормоконтроля, условий допустимости обращений, отличиях в юридической силе соответствующих судебных актов. С учетом правовых позиций Конституционного Суда РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ показаны возможности взаимодействия судов различной юрисдикции при осуществлении нормоконтроля.

В статье раскрыты административно-правовые аспекты планирования деятельности органов власти и организаций в сфере противодействия коррупции. Показаны особенности Национальной стратегии и Национального плана противодействия коррупции как основных документов в рассматриваемой области, исследована специфика их воздействия на систему публичного управления. На основе сравнительно-правового анализа национальных планов противодействия коррупции, принимавшихся в разные периоды, показаны тенденции, свойственные антикоррупционному планированию, выделены основные проблемы и направления совершенствования этой деятельности, а также контроля за исполнением антикоррупционных планов.

В статье показана специфика законодательного регулирования дисциплинарной ответственности государственных гражданских служащих за коррупционные правонарушения. Раскрыты основные проблемы, существующие в исследуемой области и касающиеся как юридико-технических моментов, так и содержания отдельных норм, их согласованности с положениями антикоррупционного законодательства Российской Федерации. Сделан вывод о необходимости разработки отдельного федерального закона в форме Дисциплинарного устава государственной гражданской службы Российской Федерации для систематизации соответствующих норм и устранения имеющихся пробелов в правовом регулировании этих отношений.

В России сформировано и совершенствуется законодательство, регламентирующее деятельность по противодействию экстремизму. В статье раскрывается содержание правовых позиций Конституционного Суда РФ, касающихся отдельных аспектов такой деятельности: особенностей квалификации противоправного деяния в качестве экстремистского, реализации запрета на пропаганду и использование нацистской атрибутики и символики, применения мер ответственности за распространение экстремистских материалов, реализации правоограничительных мер с целью противодействия экстремизму в избирательном процессе. Показана значимость данных правовых позиций Конституционного Суда РФ, характер их воздействия на правотворческую и правоприменительную практику.

В статье исследуется специфика сложившейся в современной России модели судебного контроля за законностью в деятельности политических партий. Раскрыта правовая природа этого института, показаны особенности его реализации в сфере административного, гражданского и уголовного судопроизводства. Особое внимание уделено анализу нормативно-правовой регламентации приостановления деятельности и ликвидации политических партий, в том числе соотношению общего порядка принятия судом таких решений, регулируемого Кодексом административного судопроизводства РФ и Федеральным законом «О политических партиях», и специальных порядков, предусмотренных федеральными законами «О противодействии экстремистской деятельности» и «О противодействии терроризму». Выражена позиция о необходимости систематизации норм, регулирующих данные общественные отношения, с целью обеспечения единообразия административной и судебной практики.

Упразднение конституционных (уставных) судов субъектов РФ повлекло за собой передачу осуществлявшихся ими полномочий по контролю за соответствием конституциям (уставам) субъектов РФ их законов и иных нормативных правовых актов судам общей юрисдикции, которые реализуют эти полномочия в порядке административного судопроизводства, в том числе и в тех субъектах РФ, в которых образованы конституционные (уставные) советы – специальные несудебные органы конституционного контроля (надзора). В связи с этим приобретают актуальность проблемы разграничения полномочий и возможных форм взаимодействия судов общей юрисдикции и конституционных (уставных) советов субъектов РФ при осуществлении ими деятельности в сфере нормоконтроля.