В статье раскрываются экономические, идеологические и правовые предпосылки проведения первого международного процесса над фашизмом — Нюрнбергского процесса.

На основании архивных материалов, хранящихся в архивах Городецкого и Дивеевского районных судов Нижегородской области, анализируется работа данных судебных инстанций в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.

В статье рассматривается проблема отсутствия универсальной кодификации преступлений против отправления международного правосудия и, в частности, международного уголовного правосудия. Показано, что ныне существующие перечни соответствующих составов преступлений закреплены лишь в статутах отдельных международных судебных органов, различаются по объему и структуре и не образуют единой системы. На материале практики международных уголовных судов выделяются двенадцать составов преступлений против отправления правосудия, известных современному международному уголовному праву, и обосновывается необходимость их кодификации с учетом опыта Международного суда ООН, Международного трибунала по морскому праву и Органа по разрешению споров Всемирной торговой организации. Особое внимание уделено отсутствию в международном уголовном праве блока преступлений, связанных со злоупотреблением полномочиями должностными лицами международных уголовных судов, прежде всего привлечением заведомо невиновного к ответственности. Делается вывод о том, что формирование универсального договора, закрепляющего преступления против отправления международного правосудия, является необходимым условием укрепления авторитета международной судебной системы и обеспечения эффективной защиты ее независимости.

Статья посвящена особенностям толкования Конвенции МОТ № 87 о свободе объединения и защите права на организацию при осуществлении Комитетом экспертов МОТ по применению конвенций и рекомендаций своих контрольных функций, правовому положению комитета в структуре органов МОТ, разъяснению его позиции по вопросу взаимосвязи права на забастовку с правом на объединение в профсоюз, решению Административного совета МОТ об обращении в Международный суд справедливости по вопросу толкования Конвенции № 87.

Русскими юристами была построена и теоретически глубоко разработана система средств международного правосудия, сохранившаяся в своей основе и в наши дни. Новыми были их взгляды на международные третейские трибуналы и постоянный международный суд. Помимо глубокой теоретической разработки указанных вопросов, в заслугу российских ученых можно отнести их участие в практике международного правосудия, а также их огромный вклад по внедрению своих научных идей в нормы международного права. Большинство норм международного права, регламентирующих международное правосудие, возникли на рубеже XIX–XX столетия. В их становлении активно принимали участие русские юристы. Эти нормы действуют и сегодня. Велик вклад русских юристов в прогрессивное развитие международного права в части, касающейся международного правосудия.

Статья посвящена анализу отношений, связанных с учреждением в 1923 г. Верховного Суда РСФСР. Исследуются подходы к законодательному закреплению и решению практических вопросов организации Верховного Суда РСФСР, когда с окончанием Гражданской войны появился запрос на судебную систему, которая бы устранила связанный с наличием системы революционных трибуналов дуализм, обеспечивала режим законности и способствовала защите новых общественных отношений. Делается вывод, что создание Верховного Суда как высшего централизованного судебного органа с кассационными, надзорными, контрольными, руководящими функциями, с деятельностью по инструктированию судов и толкованию права позволило реализовать принцип единого суда, понимавшийся как единство судебной системы. Исследование показывает, что в решении организационных и кадровых вопросов при учреждении Верховного Суда РСФСР принимали участие высшие партийные и советские органы власти. В статье анализируются вопросы, связанные с определением пределов самостоятельности Верховного Суда РСФСР и его отношениями с другими органами. Верховный Суд РСФСР являлся высшим судебным звеном для судов общей юрисдикции и для специальных судов, создавая условиях для обеспечения единства судебной практики в РСФСР.