Статья содержит критический анализ подходов относительно (не)обоснованности возникновения гарантийного обеспечительного правоотношения не только в силу одностороннего волеизъявления гаранта, но и в результате заключения последним соответствующего соглашения с бенефициаром; доказывается догматическая приемлемость «плюралистической» модели, при этом отстаивается тезис о логичности восприятия договора, форматирующего гарантийное обязательство, в качестве поименованного.