In this article the author considers issues on fiduciary duties of members of the board of directors, including duties to act with due care and in good faith, and their correlation with a wide-spread practice of the board of directors’ members to vote under directives (instructions) of shareholders. Finally, the author concludes that voting under directives (instructions) does not correspond to duties before the company and interested parties undertaken by the board members.

Цель статьи ― выявить содержание и роль добросовестности и разумности в механизме субсидиарной ответственности контролирующих лиц. Автором определяется механизм оценки нарушения принципа добросовестности в обязательственных отношений как «замещающего» элемента состава гражданского правонарушения. В результате обосновывается необходимость разграничения добросовестности и разумности для целей привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц.

Статья посвящена исследованию позиций Н.Г. Салищевой в части определения принципов административного процесса. Анализируется влияние на принципы процесса в советское время доктрины государственного управления, исследуется соотношение административно-процессуальных принципов и известных принципов гражданского и уголовного процессов. Особое внимание уделяются принципу состязательности в административном процессе. В статье переосмысливаются некоторые принципы, определенные классиком отечественного административного процесса в части их трансформирования под воздействием современного законодательства и судебной практики.

В настоящей статье рассматривается конструкция исполнения членом совета директоров обязанности участвовать в заседании совета директоров. Автор рассматривает категории, обеспечивающие возможность реализации данной конструкции, и показывает, как данные категории применяются в различных правовых системах. В статье поднимается проблема соблюдения членами совета директоров допустимых пределов в рамках участия в заседаниях совета директоров и принятия решений.

В данной статье анализируются основные признаки разумного и добросовестного поведения участников гражданских правоотношений. В ходе работы дается обзор основных подходов к трактовке правовых понятий разумности и добросовестности, после чего на основе судебной практики и различных доктринальных позиций предлагается классификация критериев, по которым можно судить о добросовестности и разумности участников делового оборота и выявлять недобросовестное поведение. Данная классификация основана на уже существующей доктрине и практике, она направлена на систематизацию подходов в сфере исследования.

The article shows the specifics of corporate responsibility based on doctrine, legislation and judicial practice. It is concluded that corporate responsibility is a type of civil liability and a special category of corporate law; it has independence due to its specific features: legal nature; subject composition; sources of regulation; liability measures, accounting for guilt, good faith and reasonableness in the actions of corporate participants

Предпринята попытка выделить юридически значимые обстоятельства, имеющие значение для оценки установленных сроков отселения жильцов из аварийных домов на предмет их разумности. Указывается на необходимость разграничения таких понятий, как отселение и расселение. Обосновывается право суда при установлении факта неразумности срока отселения самостоятельно устанавливать новый срок или его примерную продолжительность.

Настоящая статья посвящена правовой природе банкротства физических лиц как механизму не только экономического, но и социально-реабилитационного характера, позволяющему гражданину восстановить свою платежеспособность и вернуться в экономический оборот. Автор анализирует ключевые аспекты освобождения должников от дальнейшего исполнения обязательств, подчеркивая важность принципа добросовестности и законности их действий, а также рассматривает случаи, при которых освобождение от долгов недопустимо. Особое внимание уделено судебной практике, в частности, позициям Верховного Суда Российской Федерации, который разъясняет критерии недобросовестного поведения и устанавливает повышенные требования к открытости и корректности действий граждан-должников. Кроме того, дается характеристика обязательств, не подлежащих списанию в силу их личного либо противоправного характера, и подчеркивается роль судейского усмотрения в оценке поведения должника.

В статье автор рассматривает и анализирует систему принципов деятельности единоличного исполнительного органа, которая направлена на оптимизацию корпоративного управления. Представленная система охватывает пять принципов, в частности принцип остаточной компетенции; принцип публичной достоверности; добросовестности и разумности; принцип приоритета интересов корпорации над частными интересами участников, а также принцип независимости. Автор обращает внимание на иерархическую структуру этих принципов, способствующую эффективному принятию управленческих решений и минимизации рисков в корпоративном управлении.

The article analyzes the institution of specialist consultation in Russian civil and arbitration proceedings. The article examines the legal basis for the appointment of a consultation by a specialist, the rules for forming a specialist's opinion and the conditions for its recognition as evidence. A comparative analysis of the provisions of the Civil Procedure Code of the Russian Federation and the Arbitration Procedure Code of the Russian Federation regarding the procedure for attracting specialists and evaluating their conclusions is given. Of particular interest is the problem of assessing the competence of the specialists involved and comparing their status with an expert. Conclusions are drawn about the lack of clarity of the legal norms defining the status and powers of the persons involved, and ways are proposed to eliminate existing conflicts and optimize legal mechanisms. Special attention is paid to the issues of formalizing the conclusions of experts and the court's assessment of the evidence presented by them.

Данная статья посвящена исследованию правовой сущности разумности применительно к российскому гражданскому процессуальному праву. Установлено, что разумность представляет собой основополагающее начало, пронизывающее отрасль права в целом. Определено, что принцип разумности подвержен расширительному толкованию, применим к поведению всех участников гражданского процесса, а также предусматривает оценку обстоятельств дела судьями не только в правовой, но и в экономической плоскостях. Кроме того, автором выявлена фактическая неприменимость отдельных оснований отмены или изменения решений по делам о рассмотрении административного иска о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство или исполнение судебного акта в разумный срок в случае их обжалования. Автором сформулирован вывод о том, что отсутствие исчерпывающего легального определения разумности создает существенные препятствия в процессе обжалования судебных решений.

В данной статье исследуются смысл, назначение и практическое применение оценочной категории разумности в российском гражданском праве. В научной литературе обычно встречается два схожих наименования — оценочная категория разумности и принцип разумности. В настоящем исследовании разумность рассматривается как отдельное понятие, введенное в гражданское законодательство и применяемое судами. В статье производится выборочный анализ судебной практики по данному вопросу, указывается на определенное соотношение правовых понятий разумности и добросовестности, а затем, исходя из существующей практики и научной доктрины, делаются выводы о применимости и назначении правовой категории разумности в российском гражданском праве.

When referring to the definition of "national security," the concept of protecting the state from external threats through public law mechanisms of regulation traditionally takes center stage. However, a number of significant aspects of national security are implemented through private law regulation. In turn, the principles of morality and ethics serve as a fundamental element of private law regulation, providing a value-based foundation for civil order. . Moral principles are the core of the civil law system, as the goals of civil law are based on principles such as good faith, reasonableness, and justice: creating the most favorable environment for the development of economic relations and meeting individual needs and interests. The use of comparative analysis methods, formal legal methods, and general scientific methods of cognition allowed the author to achieve the goal of the study. The analysis of current legislation, law enforcement practice, and scientific literature revealed the influence of moral and ethical categories of civil law on the protection of national interests. The author substantiates the mutual influence of moral, ethical, and legal norms, as well as their fundamental importance for ensuring national security. In the discussion on the priority of using moral or ethical evaluation criteria, the opinion is argued that it is necessary to use their synergy both in regulating legal relations and in interpreting legal norms.

The article examines the issue of proportionality in the reimbursement of legal representation expenses in civil proceedings. It analyzes legal provisions, clarifications of the highest courts, and scholarly approaches to determining the reasonable limits of litigation costs. The article identifies the main criteria for assessing proportionality and addresses the issues of judicial discretion and the absence of a uniform calculation methodology. The need to form a unified approach to cost assessment, based on a combination of objective criteria and the mandatory reasoning of a judicial decision, is substantiated.

Along with the provisions of Article 315 of the Criminal Code of the Russian Federation, the article analyzes, first, the categories of entrepreneurial activity (Part 1 of Article 2 of the Civil Code of the Russian Federation), order of priority for writing off funds" (Part 2 of Article 885 of the Civil Code of the Russian Federation), reasonableness of expenses, reasonable time limit for the execution of a court decision, and the contradictory approaches to interpreting the concept of malicious non-execution of a court decision. Secondly, the article examines certain problems of a socio-political, substantive-law and procedural-law nature that law enforcers inevitably encounter when resolving the issue of registering the fact of malicious non-execution by an official of a specific court decision. Thirdly, using specific examples, the article traces the process of belated deconstruction of investigative, prosecutorial and judicial errors, the emergence of which is conditioned by the incorrect interpretation of the concept of maliciousness in non-execution of a court decision.

Along with the provisions of Article 315 of the Criminal Code of the Russian Federation, the article analyzes, first, the categories of “entrepreneurial activity” (Part 1 of Article 2 of the Civil Code of the Russian Federation), “order of priority for writing off funds” (Part 2 of Article 885 of the Civil Code of the Russian Federation), “reasonableness of expenses”, “reasonable time limit for the execution of a court decision”, and the contradictory approaches to interpreting the concept of “malicious non-execution of a court decision”. Secondly, the article examines certain problems of a socio-political, substantive-law and procedural-law nature that law enforcers inevitably encounter when resolving the issue of registering the fact of malicious non-execution by an official of a specific court decision. Thirdly, using specific examples, the article traces the process of belated deconstruction of investigative, prosecutorial and judicial errors, the emergence of which is conditioned by the incorrect interpretation of the concept of maliciousness in non-execution of a court decision.

When managing a legal entity, a director owes fiduciary duties, the substance of which encompasses the duty of loyalty and the duty of care in the exercise of management functions. In light of the advancement of digital technologies, particularly artificial intelligence, the standard of a director’s fiduciary duties is undergoing a transformation. Consequently, courts may face challenges in assessing the good faith and reasonable care of directors who use artificial intelligence as compared to those who do not. The paper proposes the introduction of a presumption that a director employs artificial intelligence when making corporate decisions. Furthermore, it argues for extending to directors a standard that implies a duty to establish a corporate governance system augmented by artificial intelligence.