В статье принцип непосредственного действия прав и свобод человека и гражданина как имманентный элемент конституционно-правового статуса личности рассматривается во взаимосвязи с другими конституционными основами. В частности, раскрывается сущностная связь общей нормы о прямом действии конституции и специальной о непосредственном действии прав и свобод человека. Прямое действие конституции не исключает опосредованной реализации ее норм, в том числе о правах и свободах личности, в случаях, когда в контексте принципа единства прав и обязанностей субъективному праву корреспондирует позитивное обязательство государства. В отдельном блоке статьи на основе анализа законодательства и судебной практики (в том числе решений Конституционного Суда РФ) автор демонстрирует наполнение и значение принципа непосредственного действия прав и свобод в своеобразном «кресте власти», где горизонтальная линия — ветви, а вертикальная — уровни публичной власти. Исследуемый конституционный принцип предполагает, что конституционные нормы о правах и свободах человека и гражданина определяют смысл и содержание деятельности всех органов, входящих в единую систему публичной власти России: законодательных, исполнительных, судебных; федеральных, региональных, местного самоуправления.