В статье анализируются перспективы совершенствования уголовного законодательства и правоприменения в противодействии преступлениям, предусмотренным ст. 170.1 и 176 УК РФ, при совершении которых обман выступает способом деяния, но отсутствуют признаки хищения. Исследование учитывает важность и особенности предпринимательства, современные тенденции уголовной политики и действующие уголовно-правовые нормы, применяемые к преступлениям в этой области, совершаемым обманным путем. Автор формулирует операциональное определение таких деяний, отграничивая их от мошенничества и иных форм хищения, и обеспечивает терминологическую определенность дальнейшего анализа. На основе официальных статистических данных о судимости по ст. 170.1 и 176 УК РФ за 2015–2024 гг. выявлена разнонаправленная динамика правоприменения, требующая самостоятельного анализа применительно к каждой норме. Рассмотрена позиция В.И. Гладких о конструктивном несовершенстве диспозиции ч. 1 ст. 170.1 УК РФ; обоснован вывод о нецелесообразности механического объединения ее частей 1 и 2 и о необходимости уточнения законодательных формулировок с более четким разграничением сфер применения. Поставлен вопрос о достаточности санкционного оформления ст. 170.1 и 176 УК РФ, о соразмерности санкций характеру посягательств и о пределах дифференциации ответственности. Рассмотрены пределы применения институтов освобождения от уголовной ответственности (ст. 76.1 и 76.2 УК РФ) к деяниям, при которых причиненный вред не исчерпывается прямым имущественным ущербом. Сформулирован вывод о том, что повышение эффективности уголовно-правового противодействия связано прежде всего не с расширением круга уголовно-правовых запретов, а с повышением определенности действующего регулирования и последовательности его применения. Предложены конкретные меры по уточнению понятийного аппарата, разграничению смежных составов и дальнейшей разработке критериев дифференциации ответственности.

Работа посвящена изучению проблемы формирования доказательственной базы, достаточной для установления умысла на совершение преступлений в сфере кредитования. В ходе исследования установлено, что абсолютное большинство деяний, сопряженных с незаконным получением денежных средств по предварительно заключенному договору кредитования, не получают должной уголовно-правовой квалификации, а виновные избегают ответственности за их совершение. Такое решение обосновывается, как правило, наличием между сторонами гражданско-правовых отношений, презюмирующих риск возникновения убытков вследствие осуществления предпринимательской деятельности. Данное обстоятельство якобы должно исключать уголовную ответственность должника. По итогам исследования представлено обоснование совокупности типовых действий должника, установление которых доказывает факт умысла на совершение преступления, предусмотренного ст. 1591 или 176 Уголовного кодекса РФ.

Вопросам пробельности в уголовном законодательстве России всегда уделялось внимание отечественными учеными. Однако по настоящее время данная проблема не в полной мере решена. Иногда оспаривается сама возможность существования пробелов в уголовном законе, но анализ последнего и судебной практики показывает обратное. Пробелы существовали и будут существовать в связи с объективными и субъективными причинами. С целью эффективного выполнения поставленных перед уголовным законом задач необходим механизм своевременного выявления пробелов и их преодоления. Примером пробельности является ст. 176 Уголовного кодекса РФ, которая и будет рассмотрена в настоящей статье.