Представлено обоснование актуализирующейся в новых условиях функции парламентского контроля за реализацией законов; доказывается, что своего рода нормой признания, удостоверяющей конституционность контроля парламента за реализацией законов, может выступать воспринятая юридическим сообществом и приобретшая характер конституционно-судебной доктрины правовая позиция Конституционного Суда РФ, сформулированная на основе истолкования ст. 103.1 Конституции РФ.