Цель: критически осмыслить идею наделения «машин» правами в условиях интерсубъективной реальности, опираясь на положения коммуникативной теории права. Методологический инструментарий представлен структурно-функциональным, юридико-догматическим и формально-логическим методами. В теоретической части автор вводит понятие интерсубъективности, которое использует в качестве отправной точки для оценки возможности «машинной» субъектности. В эмпирической части исследования для проверки способности «машины» стать равным человеку субъектом автор применяет «тест Тьюринга» и кейс штата Юта, в котором ИИ используется как инструмент отпуска рецептурных лекарств в отсутствие непосредственного контроля со стороны врача. Выводы: современное право не требует разработки новой формы правосубъектности для ИИ, при этом классическая правовая конструкция правосубъектности нуждается во вспомогательной антропоцентрической интерпретации. Научная и практическая новизна: автор предлагает новый критерий разграничения, необходимый для признания конкретного феномена субъектом права, — «доверие к исполнению правовой роли».