В статье рассмотрены актуальные проблемы повышения эффективности контроля в государственной правозащитной деятельности. Проведен анализ научных работ, практической деятельности и законодательства в части контрольной функции института Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, сформулированы предложения по совершенствованию законодательства и правоприменительной практики.

В статье рассматриваются отдельные вопросы, связанные с правозащитной деятельностью адвокатуры в процессе реализации уголовно-процессуальных мер с учетом планируемой профессионализации судебного представительства. По мнению автора, решение вопросов правозащитной деятельности адвокатуры в процессе реализации уголовно-процессуальных мер следует осуществлять, не ограничиваясь лишь уголовно-процессуальной проблематикой. Данная тематика требует комплексности. Актуальность предлагаемого подхода повышает то обстоятельство, что тема профессионализации судебного представительства вновь возвращается в законодательную повестку. В статье анализируются отдельные аспекты, которые, по мнению автора, потребуют тщательного анализа в процессе нормативного реформирования рынка юридических услуг и сферы оказания квалифицированной юридической помощи на национальном уровне.

The article examines systemic challenges to the effectiveness of human rights activities carried out by civil society institutions in Russia, with a focus on the North Caucasus Federal District (NCFD). It analyzes objective (geographical, historical-cultural, economic) and subjective (low legal literacy, lack of public trust) factors hindering the development of the non-profit sector. Special attention is paid to the NCFD, where civil society institutions face aggravated challenges due to high conflict potential, dependence on federal subsidies, the influence of traditional clan structures (teips, tukhum), and legal fragmentation. Based on identified issues (including the low ranking of NCFD regions in NGO development ratings), solutions are proposed to enhance the human rights function through legislative reforms, sustainable financing, reduction of administrative barriers, and adaptation to regional realities.

В статье исследуется ряд актуальных научных и прикладных проблем, связанных с функциональным аспектом в механизме обеспечения конституционного принципа независимости правосудия. По мнению автора, судебная власть не приобрела надлежащей функциональной независимости главным образом потому, что в обществе не сформировалась устойчивая ценность уважения к независимому и беспристрастному суду. Социум должен испытывать более активный спрос на беспристрастность государства в случае спорности отношений между людьми. При таком социальном разногласии и дисбалансе интересов требуются особые конституционно-функциональные гарантии независимости и беспристрастности правосудия. Мировая (непрерывно) и отечественная (с определенным историческим «разрывом» в период функционирования СССР) практика свидетельствуют, что наиболее оптимальный путь достижения этой цели — функциональное разграничение вопросов права и факта, что в уголовном судопроизводстве наиболее эффективно достигается благодаря сосуществованию и согласованной деятельности профессионального судьи и коллегии независимых присяжных заседателей.

Статья посвящена исследованию ряда проблем, связанных с ролью судебной власти в системе средств защиты прав и свобод человека и гражданина. Автор обосновывает точку зрения, что правосудие выгодно отличается от других правозащитных средств связанностью права и закона в материально-правовом и процессуальном смыслах, что гарантирует подлинное господство правовых форм над внеправовыми. Даже если внесудебные органы государственной власти или органы местного самоуправления реализуют принадлежащие им правомочия в целях реализации законных интересов правообладателей, подобная деятельность должна опираться на концепцию превентивного правосудия. Всякое противоправное действие или бездействие уполномоченных субъектов государственного аппарата находится под охранительным воздействием конституционного института последующей судебной защиты, если правообладатель посчитает необходимым прибегнуть к этой форме при исчерпании других средств.