По данным Федеральной налоговой службы, количество граждан, зарегистрированных в качестве плательщика налога на профессиональный доход (далее — самозанятые) в Российской Федерации, с января по ноябрь 2025 г. увеличилось на 21,5% (с 12 480 085 до 15 167 982 человек). Наряду с ростом численности самозанятых наблюдается также рост судебных споров по поводу скрытых трудовых отношений с их участием, что обусловлено некоторыми нелегитимными моментами при использовании труда самозанятых, в частности оформлением фактических трудовых правоотношений гражданско-правовыми договорами. В этом случае имеет место нарушение прав как самих самозанятых, лишающихся социально-трудовых гарантий, так и государства, недополучающего налоговые и иные платежи. Поэтому в случае возникновения судебного спора важно обеспечить соблюдение баланса правовых интересов субъектов данных правоотношений, что возможно в том числе путем обеспечения их реального участия в судебном процессе со всеми вытекающими из этого процессуальными правами и правовыми последствиями.

В зависимости от предмета спора дела с участием самозанятых рассматриваются судами общей юрисдикции и арбитражными судами. В первом случае суды разрешают иски самозанятых об определении отраслевой принадлежности отношений, возникающих между самозанятыми и заказчиками их услуг, во втором иски налоговой инспекции (далее — ИФНС, налоговый орган) к юридическим лицам или индивидуальным предпринимателям о взыскании недоимок по налогам и иным платежам в связи с переквалификацией гражданско-правового договора в трудовой договор либо иски работодателей об оспаривании решений ИФНС о доначислении налоговых и иных платежей по этому основанию. Как известно, гражданский и арбитражный процесс имеют свои процессуальные особенности, поскольку направлены на разрешение конфликта в различных правовых сферах, однако и в том, и в другом случае в число возможных субъектов судопроизводства могут быть включены третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора (ст. 43 ГПК РФ, ст. 51 АПК РФ). Это лица, находящиеся в материально-правовых связях с одной из сторон конфликта и, следовательно, имеющие процессуально-правовую заинтересованность в результатах рассмотрения спора, поскольку принимаемое судебное решение может повлиять на их права и правовые интересы в будущем. Следовательно, привлечение в судебное разбирательство позволяет третьим лицам защитить свой материальный интерес (субъективные права и законные интересы) и воспользоваться процессуальными возможностями «по установлению наличия или отсутствия фактов путем участия в доказывании». Кроме того, их участие решает и ряд других процессуальных задач, заключающихся в содействии защите прав сторон спора, наиболее полному установлению обстоятельств дела, а также оптимизации судопроизводства. Между тем судебная практика показывает, что, если в судах общей юрисдикции вопрос о привлечении самозанятых к участию в деле разногласий у правоприменителей не вызывает, то по искам, рассматриваемым арбитражными судами, он не решается положительно, и это не способствует определенности в правоотношениях «самозанятый» — «работодатель» — «налоговая инспекция».

В частности, позиция арбитражных судов в части определения состава участников спора, так или иначе связанного с переквалификацией гражданско-правовых отношений в трудовые, практически однозначна — самозанятые к участию в деле в качестве третьих лиц не привлекаются со ссылкой на нормы арбитражного процессуального законодательства о компетенции арбитражного суда.

 В этой связи возникает вопрос — насколько такой подход соответствует основополагающему праву самозанятых граждан на судебную защиту, предусмотренному ст. 46 Конституции РФ?

Здесь, в первую очередь, хотелось бы обратить внимание на правовую конструкцию, обозначенную как «переквалификация» договора, которая отсутствует не только в трудовом праве, но и в гражданском праве. Обращаясь в суд с иском о доначислении налоговых и иных платежей, ИФНС в обоснование своих требований ссылается на положения ст. 54.1 Налогового кодекса РФ (НК РФ), устанавливающие запрет на уменьшение налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни, и подп. 3 п. 2 ст. 45 НК РФ, позволяющий взыскать налог в судебном порядке на основании самостоятельного изменения налоговым органом юридической квалификации сделки, совершенной налогоплательщиком. Как верно отмечается в юридических исследованиях, «в гражданском праве изменение юридической квалификации — это, по сути, институт признания сделок недействительными». Вследствие этого с точки зрения способов защиты права, установленных ст. 12 ГК РФ, подобный иск налогового органа представляет собой требование о применении последствий ничтожной сделки (в данном случае притворной), которая недействительна с момента ее заключения и не влечет юридических последствий (ст. 167 ГК РФ).