Ограниченность ресурсов давно осознается как фундаментальный экономический факт, но вывод о фактической небесплатности «даровых благ природы» был сделан только в рамках концепции устойчивого развития, в основе которой лежит принцип, определяющий приоритетные направления социально-экономического развития: необходимость обеспечения гармонии человека и природы, чтобы вписать возрастающие потребности людей в естественные возможности планеты. Учеными отмечается, что четко определить момент возникновения теории устойчивого развития сложно: исследователями выделяются разные временные периоды, каждый из которых является важным для появления новой концепции, которая оформилась как ответ на растущую диспропорцию между экономическим ростом и экологической устойчивостью в условиях ускоряющейся глобализации.

Предпосылками становления можно назвать разработку ряда стратегически важных документов — Декларации ООН по окружающей среде, Всемирной стратегии охраны природы, доклад Р. Медоуза от 1972 г. «Пределы роста». Однако системообразующим считается доклад Всемирной комиссии по окружающей среде и развитию под руководством Гру Харлем Брундтланд «Наше общее будущее» от 1987 г., в котором впервые было дано определение устойчивого развития как развития, удовлетворяющего потребности нынешнего поколения без ущерба для возможностей будущих поколений удовлетворять собственные потребности. В данный период акцент сместился с количественных параметров роста на качественные характеристики развития, предполагающие баланс между природной средой, экономикой и обществом.

Результатом институционализации этой идеи стало проведение Конференции ООН по окружающей среде и развитию в Рио-де-Жанейро в 1992 г., где были приняты Декларация Рио и «Повестка дня на XXI в.», заложившие основы глобального устойчивого управления и направления «экологической экономики». Дальнейшее развитие концепция получила в рамках Повестки 2030 (Agenda 2030), утвержденной в 2015 г., в которой были сформулированы 17 целей устойчивого развития (ЦУР), охватывающие как экологические, так и социально-экономические сферы: от ликвидации нищеты и гендерного равенства до борьбы с изменением климата и перехода к устойчивым производственным моделям. Указанные цели отражают стремление к системному подходу, при котором ни один из параметров развития не должен подрываться ради другого. 17 показателей были разработаны для отслеживания динамики устойчивого развития, они акцентируют внимание на важнейших элементах концепции и выступают ориентиром для государств в области экологической повестки.

Несмотря на широкое распространение, концепция устойчивого развития подвергается критике. В рамках подхода degrowth, предложенного рядом экономистов и социологов, утверждается, что устойчивое развитие — это внутренне противоречивое понятие, поскольку невозможно поддерживать экономический рост и одновременно сохранять экологическую устойчивость. С их точки зрения, необходимо сознательное сокращение масштабов производства и потребления, особенно в странах Глобального Севера. Постразвитие (post-development) критикует саму идею «развития» как неолиберальный и евроцентричный конструкт, маскирующий культурную и экономическую гегемонию Запада. В рамках экосоциализма устойчивое развитие трактуется как невозможное без коренного изменения экономической системы: социалистической трансформации собственности, производственных отношений и модели потребления. Тем не менее современные исследования дают основания полагать, что тенденция экологизации не вступает в противоречие с экономическим ростом.

Таким образом, концепция устойчивого развития представляет собой не только политико-экономическую стратегию, но и интеллектуальную рамку, внутри которой формируются альтернативные проекты будущего.