В статье рассматривается эмигрантская журналистика Русского зарубежья 1920–1940-х годов как один из ключевых институтов транснационального гражданского общества. Обосновывается, что российская эмиграция первой волны сформировала не только культурную и политическую среду за пределами советского государства, но и устойчивую систему общественной самоорганизации, включавшую прессу, религиозные, научные, профессиональные, благотворительные и представительские структуры. Особое внимание уделяется роли эмигрантской периодики в поддержании публичной коммуникации, коллективной идентичности, общественного представительства и критического осмысления советского политического проекта. Делается вывод о том, что журналистика Русского зарубежья выступала не вспомогательным информационным каналом, а самостоятельным механизмом гражданского участия, обеспечивавшим существование альтернативной публичной сферы вне национальной территории.