В статье исследуется влияние конструкции личного фонда на обеспечение преемственности семейного бизнеса и трансформацию традиционных подходов к наследственному планированию. Обосновывается вывод о том, что передача ключевых активов в собственность самостоятельного юридического лица позволяет учредителю еще при жизни сформировать устойчивую модель управления семейным бизнесом, определить порядок использования имущества и обеспечить финансовые интересы членов семьи после своей смерти. Рассматривается значение личного фонда для сохранения единого корпоративного контроля, предотвращения дробления долей и акций между наследниками, снижения риска наследственных и корпоративных конфликтов, а также поддержания непрерывности деятельности семейного предприятия. Особое внимание уделяется разграничению функций управления бизнесом и получения экономических выгод: наследники и иные члены семьи могут выступать выгодоприобретателями личного фонда, не вовлекаясь непосредственно в управление компанией. Анализируются особенности правового положения выгодоприобретателей, а также отдельно исследуется установленный гражданским законодательством имущественный ценз в размере 100 млн рублей, необходимый для учреждения прижизненного личного фонда. Делается вывод о том, что высокий порог ограничивает доступность данной конструкции для субъектов малого и среднего предпринимательства, хотя они также подвержены рискам наследственных споров и дробления бизнеса. Формулируются предложения о возможной дифференциации правового регулирования личных фондов, создаваемых специально для управления семейным бизнесом. В заключение подчеркивается необходимость согласования устава и условий управления личным фондом с брачным договором, соглашением о разделе имущества и завещательными распоряжениями учредителя.