Отношения с участием блокчейн-организаций в значительной степени подчинены специальным правилам, называемым lex cryptographia, которые представлены в виде кода смарт-контрактов и блокчейн-протоколов. Регулируя правовое положение цифровых юридических лиц, он выступает в роли локального правового акта, а в области международного частного права — вненациональной автономной правовой или субправовой системы. В первом случае lex cryptographia может быть отнесен к третьему правопорядку, формирующемуся наряду с международной и внутригосударственной правовой системой. Во втором — к системе правил, действующих в рамках применимого правопорядка на основе принципов автономии воли сторон и свободы договора.