Традиционные российские духовно-нравственные ценности как объект уголовно-правовой охраны. Часть первая
Аннотация
В статье приводится определение традиционных российских духовно-нравственных ценностей и обосновывается их связь с системой национальной безопасности, в рамках которой осуществляется защита данных ценностей от различного рода угроз. В работе рассматривается понятие «правовая защита», отождествляемая с понятием «охрана», позволяющая говорить о необходимости признания традиционных ценностей объектом правовой защиты в формате уголовно-правовой охраны. Аргументируется допустимость данной точки зрения с позиции соответствия традиционных ценностей критериям объекта уголовно-правовой охраны, выделяемых отечественными учеными. В пользу допустимости признания традиционных российских духовно-нравственных ценностей объектом уголовно-правовой охраны свидетельствует факт признания ряда элементов, составляющих изучаемое понятие, данными объектами.
Ключевые слова
Тип | Статья |
Издание | Российский судья № 09/2024 |
Страницы | 16-19 |
DOI | 10.18572/1812-3791-2024-9-16-19 |
Определение понятия «традиционные российские духовно-нравственные ценности» (далее — Ценности) дано в п. 2 Указа Президента Российской Федерации от 9 ноября 2022 г. № 809 «Об утверждении Основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей» (далее — Указ Президента РФ № 809), сущность которого оформлена как нравственный ориентир, где их сохранение и укрепление есть одна из главных задач государственной политики, реализуемой посредством совокупности скоординированных мер, ориентированных на противодействие социокультурным угрозам национальной безопасности.
Анализ стратегических документов свидетельствует о том, что составляющие основу российского общества Ценности представляют собой своеобразный гарант защиты суверенитета Российской Федерации, из чего следует, что сохранение и укрепление обозначенных нравственных ориентиров лежит в плоскости обеспечения национальной безопасности, ориентируемой на защиту национальных интересов российского государства от угроз различной конфигурации.
Имеющийся в Указе Президента РФ № 809 отсыл к Стратегии национальной безопасности (далее — Указ Президента РФ № 400) указывает на наличие системы ее обеспечения посредством органов государственной власти и находящихся в их распоряжении инструментов, где в качестве ключевого приоритета представлены Ценности, защита которых направлена на укрепление единства народов России, достигаемое посредством решения определенного рода задач.
При анализе содержания стратегических документов внимание фокусируется на неоднократном упоминании о необходимости защиты того или иного объекта в контексте рассматриваемой нами проблематики. Бесспорно, первостепенной задачей законодателя является, как рассуждают А.А. Гавриленко и Е.В. Горбачева, всеобъемлющая и полная защита установленных законом прав и охраняемых интересов. Однако Н.И. Матузов полагает, что охрана законом какого-либо объекта есть процесс постоянный, тогда как защита — это реакция на его нарушение. Мы не будем вступать в полемику с видными учеными по вопросу соотношения данных понятий, учитывая их сложную социальную и юридическую природу. В данном случае мы пойдем от простейшей логической цепочки построения понятий «охрана» и «защита», образующей непрерывную замкнутость, воплощенную в фундаментальном трактате о русском языке, где под глаголом «охранять» прослеживается понятие «оберегать», трактуемое как защищать, которое, в свою очередь, следует рассматривать как охранять. Этимологический анализ указанных понятий позволил таким ученым, как К.Б. Толкачев, А.Г. Хабибулин, С.Д. Порощук, А.М. Ларин утверждать, что понятия «охрана» и «защита» являются синонимами. Именно эта позиция в последнее время, по заверениям А.А. Гавриленко и Е.В. Горбачевой, приобретает наибольшую популярность в уголовно-процессуальной теории.