Конституционное многообразие антикоррупционных положений и международно-правовые стандарты
Аннотация
Сравнительно-правовой анализ конституционных практик позволяет выявить общие тенденции, наиболее эффективные и универсальные механизмы в регулировании борьбы с коррупцией, сформулировать научно обоснованные подходы к формированию региональных международных антикоррупционных стандартов, учитывающих как универсальные принципы, так и локальные правовые традиции. Конституции государств на современном этапе выступают высшим правовым фундаментом для каждой национальной антикоррупционной системы, выполняя три ключевые функции: нормативную, институциональную и ценностную. В статье представлены обобщающие характеристики конституционных положений как базы антикоррупционного законодательства и отмечается их потенциал в разработке будущих региональных антикоррупционных соглашений, в частности Евразийской антикоррупционной стратегии как альтернативы западным антикоррупционным стандартам.
Ключевые слова
| Тип | Статья |
| Издание | Международное уголовное право и международная юстиция № 04/2026 |
| Страницы | 7-11 |
| DOI | 10.18572/2071-1190-2026-4-7-11 |
В 2024 г. Институтом законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ было завершено фундаментальное монографическое исследование «Научные концепции развития российского законодательства», в котором представлена теоретическая картина основных отраслей и институтов российского законодательства, в том числе в сфере противодействия коррупции. Авторами концепции отмечаются тенденции и перспективы развития правового регулирования в данной сфере, в частности, связанные с формированием региональной (евразийской) антикоррупционной стратегии.
Следует отметить, что дискуссия по международным антикоррупционным стандартам в основном разворачивается вокруг определения их юридической силы — обязательности или рекомендательного характера. Так, академик РАН Т.Я. Хабриева определяет: «Международные стандарты — это принципы международного права, относящиеся к той или иной сфере правового регулирования, которые закреплены в международных актах, международно-правовых обычаях, а также в актах рекомендательного характера, которые, тем не менее, имеют юридическое значение». И ею же отмечалось: «новая фаза глобализации и межгосударственной интеграции, соответствующие тенденции в международном праве, сближение национальных правовых систем (посредством импорта ценностей, моделей демократии и права, существующих в экономически доминирующих странах, и перенастройки национальных правовых порядков…)», в свою очередь, «российское государство в борьбе с коррупцией целенаправленно ориентируется на международный опыт, эффективные зарубежные модели, сочетает различные меры противодействия этому явлению».
Актуальность выработки региональных (евразийских) антикоррупционных стандартов связана с перспективами дальнейшего развития национального законодательства.
За сравнительно небольшой период в российское законодательство были имплементированы основные положения международных, в том числе европейских, антикоррупционных соглашений, создан национальный механизм противодействия коррупции. Однако в связи с дискриминационным отношением аппарата Группы государств против коррупции (ГРЕКО) к России наша страна была вынуждена прекратить участие в ее работе. И как результат — денонсировать Конвенцию Совета Европы об уголовной ответственности за коррупцию 1999 г.
