Масштабная цифровая трансформация общественных отношений и активное внедрение технологий искусственного интеллекта в различные сферы человеческой деятельности обусловливают появление новых форм причинения общественно опасного вреда, при которых роль человека в механизме совершения деяния становится опосредованной. Новейшие системы искусственного интеллекта способны функционировать с высокой степенью автономности, принимая решения без непосредственного вмешательства оператора, что существенно осложняет применение традиционных уголовно-правовых конструкций. Доктринальные положения теории вины не всегда позволяют дать однозначную уголовно-правовую оценку преступлениям, совершенным с использованием искусственного интеллекта, и нуждаются в этой связи в переосмыслении.

Прежде всего необходимо определиться с понятиями.

В научной литературе наиболее распространенными являются символический и нейросетевой подходы к описанию строения искусственного интеллекта. Символический подход основан на представлении о возможности воспроизведения интеллектуальной деятельности посредством формализованных логических правил и заранее заданных алгоритмов обработки информации. В отличие от него, нейросетевой подход ориентирован на моделирование отдельных принципов функционирования человеческого мозга: искусственная нейронная сеть обучается на основе больших массивов данных, самостоятельно выявляет закономерности и постепенно совершенствует принимаемые решения.

Так, на взгляд И.Н. Мосечкина, «искусственный интеллект — это система электронных данных и команд, осуществляющая мыслительную деятельность». Данный подход видится весьма дискуссионным. Вызывает сомнение использование категории «мыслительная деятельность». Употребление применительно к искусственному интеллекту термина «мыслительная деятельность» способно создать ошибочное впечатление о наличии у технической системы сознания в уголовно-правовом смысле.

Современные интеллектуальные алгоритмы осуществляют не мышление в его философском и психологическом понимании, а обработку информации посредством заранее заданных математических моделей, статистических закономерностей и механизмов машинного обучения. Даже в случаях, когда результаты функционирования системы невозможно заранее предвидеть с абсолютной точностью, такая непредсказуемость свидетельствует лишь о сложности алгоритмических процессов, но не о возникновении у искусственного интеллекта собственного сознания, свободы воли либо способности к психическому отношению к совершаемым действиям и их последствиям.