Приостановление распоряжения цифровой валютой в уголовном судопроизводстве: процессуальный механизм и судебная практика
Аннотация
В статье на материале российской судебной практики и доктрины уголовного процесса анализируется приостановление распоряжения цифровой валютой как форма наложения ареста на имущество. Показаны особенности цифровой валюты как объекта ареста и конфискации, взаимосвязь положений ст. 111, 115 УПК РФ и законодательства о цифровых активах с правоприменительными решениями по делам о незаконном обороте наркотиков и легализации преступных доходов. Раскрыто значение Федерального закона от 20 февраля 2026 г. № 38-ФЗ, признавшего цифровую валюту имуществом для целей уголовного закона и закрепившего специальные правила ее ареста (ч. 7.1–7.2 ст. 115 УПК РФ) и изъятия (ст. 164.2 УПК РФ). Описаны модели движения цифровой валюты в уголовных делах, процессуальные шаги следователя и суда при подготовке и рассмотрении ходатайств об аресте, а также комплекс технических действий и практические ориентиры для взаимодействия следственных органов, судов, Росфинмониторинга, кредитных организаций и операторов обменных сервисов.
Ключевые слова
| Тип | Статья |
| Издание | Российский следователь № 11/2026 |
| Страницы | 19-23 |
| DOI | 10.18572/1812-3783-2026-11-19-23 |
Цифровизация экономического оборота привела к устойчивому использованию цифровой валюты для хранения и перемещения преступных доходов. Цифровая валюта в российском праве не признается законным средством платежа, за исключением отдельных специальных режимов, при этом в системе финансового мониторинга и уголовного преследования рассматривается как имущество либо виртуальный актив, обладающий экономической ценностью. До недавнего времени уголовный и уголовно-процессуальный законы не содержали прямой регламентации обращения цифровой валюты, пробел восполнялся через общие положения об аресте имущества и конфискации, что привело к формированию практики, в которой криптоактивы охватывались режимом имущества, подлежащего уголовно-правовой охране и обеспечительным мерам. Федеральным законом от 20 февраля 2026 г. № 38-ФЗ «О внесении изменений в статью 104.1 Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» (далее — Федеральный закон от 20 февраля 2026 г. № 38-ФЗ) цифровая валюта признана имуществом для целей уголовного и уголовно-процессуального законов (п. 2 примечания к ст. 104.1 УК РФ; п. 13.1 ст. 5 УПК РФ), введен специальный порядок ее ареста (ч. 7.1–7.2 ст. 115 УПК РФ) и изъятия при производстве следственных действий (ст. 164.2 УПК РФ). Указанные нормы вступили в силу 3 марта 2026 г. и разрешили концептуальную неопределенность правового статуса цифровой валюты в уголовном судопроизводстве, однако их применение осуществляется с опорой на сложившуюся до реформы правоприменительную практику, сохраняющую значение ориентира при решении вопросов идентификации криптоактива и обоснования обеспечительной меры.
Правительство Российской Федерации, внесшее в 2025 г. в Государственную Думу законопроект о признании цифровой валюты имуществом для целей уголовного закона и о регламентации ее ареста и изъятия, обеспечило его принятие: Федеральным законом от 20 февраля 2026 г. № 38-ФЗ цифровая валюта включена в перечень имущества (п. 13.1 ст. 5 УПК РФ), ст. 115 УПК РФ дополнена ч. 7.1 и 7.2, устанавливающими особенности наложения ареста на цифровую валюту, а УПК РФ дополнен ст. 164.2, регламентирующей изъятие цифровой валюты при производстве следственных действий. Сложившаяся до принятия закона практика следственных органов и судов, вырабатывавшая модели приостановления распоряжения цифровой валютой в рамках общих норм УПК Российской Федерации, сохраняет значение как источник толкования новых специальных предписаний.