Правовое регулирование принципов биоэтики и биоправа в Южно-Африканской Республике
Аннотация
Цель. Реконструкция этапов становления правового регулирования биоправа и биоэтики в Южно-Африканской Республике за сорок лет, характеристика действующей системы и определение перспектив ее развития. Методология: общенаучные методы (анализ, синтез, системный подход); специально-юридические методы (историко-правовой, формально-юридический, сравнительно-правовой). Выводы: регулирование эволюционировало от фрагментарного законодательства эпохи апартеида и дискриминационных добровольных руководств к конституционно закрепленной статутной системе (ст. 12(2)(c) Конституции ЮАР 1996 г., Национальный акт о здравоохранении 2003 г.); решения комитетов по этике исследований обязательны в административно-регуляторном смысле, но подчинены приоритету закона и судебному пересмотру; современный этап представляет собой рефлексивную перестройку с повесткой реформ в сферах согласия несовершеннолетних, редактирования генома зародышевой линии, решений в конце жизни и искусственного интеллекта.
Ключевые слова
| Тип | Статья |
| Издание | Государственная власть и местное самоуправление № 11/2026 |
| Страницы | 50-53 |
| DOI | 10.18572/1813-1247-2026-11-50-53 |
Правовое регулирование биоэтики в большинстве государств Африки ограничивается рекомендательными руководствами. Южно-Африканская Республика — это особый случай, конституционные гарантии телесной целостности связаны здесь со специальным законодательством, статутными органами надзора и юридически обязательными руководствами по этике исследований.
Актуальность обусловлена двумя обстоятельствами: южноафриканский опыт показывает возможности и пределы правовой институционализации биоэтики в государстве с переходной правовой историей, а кризис легитимности Национального совета по этике исследований (NHREC) 2024–2025 годов и эпизод с принятием и отзывом раздела о редактировании генома зародышевой линии сделали ЮАР фокусом глобальной биоправовой дискуссии. В южноафриканской доктрине проблема разработана (А. Дхай; К. Мудли, Л. Майер; П. Аданда, С. Говендер; В. Бронштейн, Д. Ньячове; Д. Доннелли с соавторами).
По констатации А. Дхай, почти шестьдесят лет действовало «законодательное и регуляторное молчание» о защите участников. Регулирование носило фрагментарный характер, так, Закон о медицинских профессиях 1974 г. учредил совет с дисциплинарной юрисдикцией над врачами, а Закон о человеческих тканях 1983 г. регламентировал изъятие и использование тканей, не затрагивая прав участников. Этическое регулирование существовало лишь в добровольной форме: в 1979 г. Совет медицинских исследований (SAMRC) издал первое руководство, пересмотренное в 1989 г., опиравшееся на Нюрнбергский кодекс и Хельсинкскую декларацию. Показательно, что руководства 1979 и 1989 годов воспроизводили репрессивное законодательство эпохи, содержа различные правила согласия для разных расовых групп — вплоть до отсылки к закону бантустана Квазулу (KwaZulu Act No. 11 of 1986) применительно к черному населению. Первые комитеты по этике создавались отдельными университетами по собственной инициативе и правовой обязательности не имели.
Поворот был в 1993 г., когда третье издание руководств SAMRC впервые отказалось от расово дифференцированных норм, а Закон о Совете медицинских исследований 1991 г. подготовил институциональную раму реформ. Тем не менее этап характеризуется сочетанием развитой научной инфраструктуры с полным отсутствием законодательной защиты прав участников.