Дата публикации: 12.11.2026

Ментальная приватность личности при цифровизации помощи в сфере психического здоровья

Аннотация

Цифровизация помощи в сфере психического здоровья порождает новые способы фиксации и обработки сведений о психическом состоянии личности, что выявляет несоответствие между степенью чувствительности такой информации и объемом ее правовой защиты: действующее регулирование связывает объем гарантий со способом получения сведений и статусом обрабатывающего их субъекта, тогда как характер вмешательства в частную жизнь определяется содержанием самой информации и ее способностью раскрывать внутреннюю психическую сферу личности. На основе анализа российского законодательства и доктрины обосновывается самостоятельное значение ментальной приватности как правовой категории, определяющей содержание и пределы права личности на защиту внутренней психической сферы; предложены критерии отнесения информации к указанной сфере и установлено, что режимы врачебной тайны и защиты персональных данных не исчерпывают механизмов ее правовой охраны. Обоснована необходимость дополнительных гарантий при цифровой обработке таких сведений, включая требования к информированию субъекта, целям и срокам использования данных, а также условиям доступа к ним третьих лиц.




Цифровизация помощи в сфере психического здоровья меняет не только способы коммуникации специалиста и обратившегося за помощью лица, но и сам механизм возникновения информации о его психической сфере. Обычно сведения о переживаниях, эмоциях, психическом состоянии и особенностях поведения человека сообщаются в ходе личного общения и затем фиксируются в медицинской документации. Примеры современной цифровизации позволяют выделить несколько форм информационного взаимодействия при оказании помощи в сфере психического здоровья: при прохождении онлайн-теста до обращения к специалисту, заполнении анкеты для подбора психолога, общении в чате, использовании личного кабинета, получении дистанционной консультации или прохождении компьютерной психодиагностики. В связи с этим в науке при исследовании этико-правовых проблем особое внимание уделяется приватности, безопасности данных, информированному согласию и автономии пациента.

Обозначенные проблемы, связанные с приватностью личности при обращении за медицинскими услугами, исследуются в доктрине. Так, по данным О. Чивильгиной с соавторами, цифровизация психиатрии в России складывалась прежде всего вокруг массовых, относительно простых инструментов (телемедицина, мобильные приложения), а не сложных ИИ-решений, однако именно такие инструменты создают правовую проблему, фиксируя сведения о внутренней жизни человека вне контекста, в котором исторически формировалась врачебная тайна.

До обращения к врачу или психологу человеку могут предлагаться цифровые тесты для оценки тревоги, депрессии и иных состояний, результаты которых рассчитываются автоматически и используются как ориентир для решения вопроса о необходимости обращения за помощью. Платформы психологического консультирования применяют анкеты и программные механизмы подбора специалиста, а дистанционная помощь может осуществляться посредством видеосвязи, аудиосвязи и текстовой переписки. Е.В. Фомичева, Ж. Жыргалбек и О.Р. Михайлова отмечают, что при цифровизации психологической помощи между клиентом и специалистом появляется цифровой посредник — платформа, через которую осуществляется подбор специалиста и организуется взаимодействие с ним.

Список литературы

1. Бояринова В.И. Правовые гарантии соблюдения врачебной тайны при передаче информации для обработки системам искусственного интеллекта / В.И. Бояринова // Юридический мир. 2026. № 4. С. 31–34. DOI: 10.18572/1811-1475-2026-4-31-34.
2. Кравец И.А. Бионейроконституционализм и достоинство: теоретические основы, диалог этических и юридических требований и перспективы взаимодействия (часть II) / И.А. Кравец // Журнал российского права. 2022. Т. 26. № 6. С. 5–31. DOI: 10.12737/jrl.2022.059.
3. Кравец И.А. Когнитивная свобода, формирование нейроправ человека и взаимодействие нейробиологии и публичного права (теоретические, правовые и сравнительные аспекты) / И.А. Кравец, Г.Б. Романовский // Вестник Томского государственного университета. 2024. №
4. Крылатова И.Ю. Значение конституционной категории достоинства личности в биоэтике и медицине / И.Ю. Крылатова // Актуальные проблемы российского права. 2022. Т. 17. № 10 (143). С. 46–53.
5. Михайлова О.Р. Факторы доверия цифровым платформам оказания психологической помощи: обзор литературы / О.Р. Михайлова, Е.В. Фомичева, Ж. Жыргалбек кызы // Журнал социологии и социальной антропологии. 2024. Т. 27. № 2. С. 179–210. DOI: 10.31119/jssa.2024.2
6. Chivilgina, O. eHealth interventions for psychiatry in Switzerland and Russia: a comparative study / O. Chivilgina, B.S. Elger, I. Fedotov, F. Jotterand // Frontiers in Digital Health. 2024. Vol. 5. Art. 1278176. DOI: 10.3389/fdgth.2023.1278176.
7. Ienca, M. Towards new human rights in the age of neuroscience and neurotechnology / M. Ienca, R. Andorno // Life Sciences, Society and Policy. 2017. Vol. 13. Art. 5. DOI: 10.1186/s40504-017-0050-1.
8. Sharma, P. Bibliometric analysis of research in ethical concerns and dilemmas of digital mental health care in the last two decades / P. Sharma, R. Wagani, M.A. Varghese // Frontiers in Human Dynamics. 2025. Vol. 6. Art. 1502432. DOI: 10.3389/fhumd.2024.1
9. Szoszkiewicz, Ł. Mental privacy: navigating risks, rights and regulation / Ł. Szoszkiewicz, R. Yuste // EMBO Reports. 2025. Vol. 26. P. 3469–3473. DOI: 10.1038/s44319-025-00505-6.
10. Yuste, R. Four ethical priorities for neurotechnologies and AI / R. Yuste, S. Goering, B. Agüera y Arcas [et al.] // Nature. 2017. Vol. 551. P. 159–163. DOI: 10.1038/551159a.

Остальные статьи