4 июля 2020 г. после одобрения на общероссийском голосовании вступили в силу поправки в Конституцию РФ, внесенные Законом Российской Федерации от 14 марта 2020 г. № 1-ФКЗ «О совершенствовании регулирования отдельных вопросов организации и функционирования публичной власти».

Среди внесенных изменений в текст Конституции РФ особое место занимают положения о том, что «Российская Федерация, объединенная тысячелетней историей, сохраняя память предков, передавших нам идеалы и веру в Бога, а также преемственность в развитии Российского государства, признает исторически сложившееся государственное единство», что вызвало оживленную дискуссию в научном и общественно-политическом дискурсе.

Как отмечено в Заключении Конституционного Суда РФ от 16 марта 2020 г. № 1-З, включение в текст Конституции РФ указания на веру в Бога, переданную народу России предками (ч. 2 ст. 67.1), не означает отказа от светского характера Российского государства и не противоречит положениям ст. 14 Конституции РФ, закрепляющей светский характер государства, а также ст. 28 Конституции РФ, гарантирующей свободу совести и свободу вероисповедания, поскольку по своей формулировке ч. 2 ст. 67.1 не сопряжена с конфессиональной принадлежностью, не устанавливает обязательность каких-либо религиозных убеждений и не ставит вопреки ч. 2 ст. 19 Конституции РФ граждан России в неравное положение в зависимости от наличия такой веры и ее конкретной направленности и призвано лишь подчеркнуть необходимость учета при осуществлении государственной политики той исторически значимой социально-культурной роли, которую сыграла религиозная составляющая в развитии российской государственности. Действительно, отношение к Богу со стороны государства является одной из значимых ценностей высшего порядка.

Конституционный Суд РФ в своем Заключении соотносит ч. 2 ст. 67.1 с принципом светскости государства, закрепленного в ст. 14 Конституции РФ, который предполагает, с одной стороны, институциональную, ценностную и организационную самостоятельность религиозных объединений, равноправие различных религиозных объединений, с другой стороны, предполагает отсутствие обязанностей для граждан исповедовать или не исповедовать какую-либо религию, следовать или не следовать каким-то религиозным догмам в воспитании детей. Вместе с тем светскость государства не должна восприниматься в качестве атеистического принципа и означать безрелигиозность государства.