В отличие от формально определенных правовых категорий нравственность не поддается исчерпывающей законодательной дефиниции, поскольку соединяет устойчивые социальные представления о добре и зле с индивидуальной автономией морального выбора.

Двойственная природа нравственности обусловливает сложности ее правовой квалификации. О.И. Цыбулевская справедливо отмечает, что сфера морали объединяет разноплановые и нередко противоположные явления, а нравственный критерий вследствие изменчивости моральных представлений «нечеток, непостоянен и неконкретен». Поэтому граница между нравственно допустимым и недопустимым в праве неизбежно приобретает оценочный характер.

Историческая изменчивость нравственных норм дополнительно осложняет их юридическую формализацию. Еще Г.Ф. Шершеневич в «Общей теории права» указывал, что история и этнография разрушают представление об абсолютной нравственности и подтверждают относительность моральных понятий. «Факт изменчивости нравственных норм во времени и пространстве, – писал он, – заставляет прийти к заключению, что в содержании их требований нельзя найти критерия для определения того, что такое нравственное поведение». Получается, что историческая динамика нравственных представлений дополнительно усложняет задачу права, которое по своей природе стремится к стабильности и определенности. Более того, из рассуждений Г.Ф. Шершеневича следует принципиальный для права вывод: в содержании самой нравственности невозможно найти универсальный критерий, пригодный для легального закрепления. Решение дилеммы о нравственном поведении субъекта остается на усмотрение правоприменителя, который вынужден обращаться к внешним по отношению к праву источникам: общепризнанным нормам морали в обществе, культурным традициям, религиозным доктринам, собственному внутреннему убеждению. Легко убедиться, что ни один из этих ориентиров не является формально определенной правовой нормой.

Тем не менее в последние десятилетия активно предлагаются идеи выработать четкие правовые критерии нравственности и придать им формально определенную законодательную форму. Известна амбициозная идея профессора В.М. Баранова, предлагающего официальную систематизацию норм нравственности и принятие Свода моральных установлений, фиксирующего «общественный, государственный и научный консенсус относительно перечня необходимых и защищаемых государством моральных стандартов и требований». Неудивительно, что данное предложение возбудило много системной критики со ссылками на плюрализм моральных представлений, который в последние годы «не только не исчез, но и значительно усилился».