Правовые и этические проблемы защиты персональных данных становятся актуальными в связи с активным внедрением цифровых технологий в сферу здравоохранения, которая отличается высокой концентрацией чувствительной информации. Защита врачебной тайны, биоданных человека преследует не только цели защиты прав и достоинства конкретного человека, защиты от дискриминации, но и имеет публичные интересы. Утечка биоданных граждан может стать инструментом биологического воздействия на население конкретной страны, в том числе с помощью определения склонности людей к конкретным вирусам и заболеваниям.

Конституция РФ не содержит в качестве самостоятельного права на защиту персональных данных, поскольку непосредственно не закрепляет категорию «персональные данные». Понятие персональных данных закреплено в Федеральном законе от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных» (далее – ФЗ № 152). Персональные данные, касающиеся состояния здоровья, отнесены к специальной категории персональных данных.

Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – ФЗ № 323) раскрывает определение врачебной тайны. Исходя из содержания п. 4 ст. 79 ФЗ № 323, персональные данные охватываются понятием врачебной тайны (врачебная тайна включает конфиденциальность персональных данных, используемых в медицинских информационных системах). Конституционный Суд РФ также придерживается данного подхода: врачебная тайна включает в себя, помимо персональных данных пациента, и сведения о медицинских обследованиях, вмешательствах и лечении.

В целях обеспечения правовой определенности разумно провести систематизацию и классификацию информации, составляющей врачебную тайну: медицинской информации и информации, получаемой при оказании медицинских услуг (в том числе персональных данных). Если до развития цифровых технологий сохранность врачебной тайны обеспечивал преимущественно врач, то правовые отношения с цифровым участием в сфере здравоохранения включают медицинские и страховые организации, операторов информационных систем, государственные органы, разработчиков программного обеспечения, подрядчиков и других субъектов. В этой связи необходим пересмотр границ термина «врачебная тайна» и перечня субъектов, несущих ответственность за ее сохранность, и/или формирование терминов «медицинская информация» и «цифровая медицинская информация», которые будут применяться с целью сохранности данных пациентов и охватывать более широкий (при этом закрытый) круг субъектов.