Строительная сфера является своеобразным «локомотивом» российской экономики, формирующим около 6% ВВП, при этом большое количество видов экономической деятельности связаны со строительной деятельностью. Строительные работы, будь то создание новых объектов или реконструкция существующих, всегда связаны с воздействием на вещь; необходимым фактически-правовым условием создания объекта капитального строительства является наличие у застройщика земельного участка на определенном правовом титуле. Это обусловливает особую значимость правовых форм использования земельных участков для строительной деятельности, эффективность которых подлежит оценке наряду с универсальными задачами правового регулирования через призму решения специальных задач в области строительства как социально полезной созидательной деятельности.

Наиболее полно господство лица над вещью выражается в вещном праве; этот подход, сложившийся в отечественной цивилистической доктрине в XIX в., сохраняет свою актуальность и в настоящее время. Объем такого господства определяется видом вещного права: наиболее полно оно (господство) проявляется в праве собственности, для производных вещных прав этот объем сужается, но при этом сохраняется методология регулирования: данный объем определяется законодательной конструкцией вещного права и не может корректироваться волей субъектов частных правоотношений. При этом ни право собственности, ни, тем более, ограниченные вещные права не предоставляют неограниченного и исключительного юридического господства над вещью, ибо оно всегда ограничивается законом и правами других лиц.

Наглядное подтверждение сказанному обнаруживается в области использования земельных участков, пределы использования которых задаются их целевым назначением, которое устанавливается, прежде всего, через публично-правовые механизмы установления категорий земель, видов разрешенного использования, градостроительного зонирования. Последние ограничивают возможности застройки земельного участка как для собственника, так и для субъекта ограниченного вещного права, а равно для лиц, владеющих земельным участком по иным правовым основаниям (в частности, на праве аренды), а потому дифференциация содержания прав на земельные участки по объему правомочий в гораздо меньшей степени (в сравнении с иными объектами) зависит от видов таких прав, ибо определяется на уровне правовых режимов самих объектов. Высказанная в литературе критика ограничения действующим законодательством доступных субъектам правовых форм приобретения публичных земель для их застройки преимущественно арендой (постоянное (бессрочное) пользование и пожизненное наследуемое владение имеют ограниченный круг субъектов, а публичный сервитут ограничен сооружением лишь линейных объектов) не дает убедительных аргументов в пользу тезиса о необходимости немедленной замены такой формы вещно-правовым институтом, построенным, к примеру, по модели суперфиция.