Обычно, когда говорят о вынужденной миграции, употребляют понятие «беженцы». Беженец же является признанным на международном уровне правовым статусом, содержащимся в ряде международных документов и, как правило, закрепленным в национальном законодательстве. Например, в России статус беженца закреплен в законе о беженцах наряду со статусом временного убежища. Интересно, что беженцами в СМИ, как правило, называют всех вынужденных мигрантов, даже если они получили статус временного убежища или иной статус.

Если рассмотреть статистику Росстата по беженцам и лицам, получившим временное убежище, то обнаружим, что по беженцам начиная с 2021 г. наблюдается устойчивое снижение количества лиц, которым государство предоставляет статус беженца. Несколько иная ситуация со статусом временного убежища. Максимум в этом отношении приходится на 2023 г., а 2022 г. показал абсолютный минимум — немногим более десяти тысяч человек получили этот статус. Интересно, что именно в 2022 г. было зафиксировано минимальное количество лиц, получивших статус временного убежища, что позволяет сделать вывод о наличии определенной корреляции между этими двумя категориями в 2022 г. Несмотря на возможность различного толкования причин данной корреляции, точно установить, как между собой коррелируют данные о порядка 5 миллионах украинских беженцев, принятых Россией, и рекордно низкими показателями по количеству предоставленных статусов, автору не удалось.

Если рассмотреть статистику по количеству человек, получивших статус вынужденного переселенца, который, согласно последним изменениям в законе о вынужденных переселенцах, может предоставляться гражданам России, проживающим на территории иностранного государства и вынужденным покинуть свое место жительства в силу преследования по различным мотивам, то можно увидеть, что в 2021 г. их число составляло 2512, в 2022 г. — 700, в 2023 г. — 321, в 2024 г. — 339. Также отметим, что легальное определение вынужденного переселенца коррелирует с понятием «беженец», но в то же время отличается от него, поскольку вынужденные переселенцы имеют статус гражданина РФ, историко-культурную связь с Россией и не нуждаются в таком комплексе мероприятий по социальной адаптации и интеграции, как вынужденные мигранты, не обладающие российским гражданством.