Административное дозволение как зеркало административного усмотрения
Аннотация
Статья посвящена вопросам соотношения таких базовых для теории административного права явлений, как метод дозволения и административное усмотрение. Высказывается идея о том, что границы административного дозволения определяются не только сформулированными запретами и разрешениями, но и законными целями правового регулирования.
| Тип | Статья |
| Издание | Административное право и процесс № 10/2026 |
| Страницы | 16-19 |
| DOI | 10.18572/2071-1166-2026-10-16-19 |
Метод дозволения выступает квинтэссенцией известной формулы «разрешено все, что не запрещено законом». Через дозволение реализуются и права, и законные интересы. Административное дозволение определяет меру возможного поведения управляющих и управляемых субъектов в системе государственного управления. Метод дозволения иногда связывают с правонаделением. Часто правонаделение связывают исключительно с цивилистическим типом правового регулирования. Заметим, что приобретение субъективного права, хоть частного, хоть публичного, не есть выражение метода правового регулирования. Дозволение охватывает приобретение субъективного права через конструкцию «дозволено приобретать право». Конечно же дозволение в форме правонаделения не есть удел исключительно частного права. Если говорить о дозволении применительно к органам публичной власти, то, как пишет А.Т. Карасев, «исходный способ складывания компетенции органов публичной власти — конституционное правонаделение, в рамках которого субъектом, наделяющим органы публичной власти (аппарат публичной власти) полномочиями, выступает многонациональный народ Российской Федерации».
Сложился традиционный лексический стереотип о том, что правом наделяют, а обязанность вменяют. Дозволение в административном праве расценивается не просто как мера выбора модели поведения, но как «возможность самостоятельно сделать выбор собственных действий, но в рамках правовой нормы». Полагаем, что важность этой оговорки применительно к административному праву нельзя недооценивать. Дозволение, несущее в себе черты диспозитивности, применительно к государственно-управленческим отношениям не может быть безграничным как для управляющего, так и для управляемого. Для органов публичной власти вряд ли можно говорить о том, что разрешено все, что прямо не запрещено. Это обусловлено как минимум двумя обстоятельствами: требованием о разграничении компетенции государственных органов и тем, что права государственного органа одновременно выступают в качестве его обязанностей. Б.М. Лазарев отмечал, что «система полномочий этого органа по осуществлению государственной власти включает в себя обязанность (перед государством) и право (по отношению к управляемым субъектам) выполнять определенные задачи и функции». Применительно к государственно-правовым отношениям подобное писал В.С. Основин.
