Постмортальная репродукция: особенности конституционно-правового статуса ребенка
Аннотация
В статье исследуются особенности конституционно-правового статуса ребенка, зачатого и родившегося после смерти одного или обоих родителей с использованием вспомогательных репродуктивных технологий. Рассматриваются вопросы реализации конституционных гарантий защиты семьи, материнства, отцовства и детства в такой ситуации, а также проблемы определения происхождения ребенка как основы его правового статуса. Констатируются существующие пробелы российского законодательства, отсутствие специального регулирования постмортальной репродукции. Появление новых репродуктивных практик требует переоценки традиционных представлений об установлении происхождения ребенка и формирования конституционно значимых гарантий защиты прав детей, рожденных в условиях постмортальной репродукции, с учетом особого значения принципа приоритета интересов ребенка.
Ключевые слова
| Тип | Статья |
| Издание | Конституционное и муниципальное право № 09/2026 |
| Страницы | 38-41 |
| DOI | 10.18572/1812-3767-2026-9-38-41 |
Введение
Вспомогательные репродуктивные технологии (далее — ВРТ) оказывают существенное влияние на традиционные представления о семье, родительстве и происхождении ребенка. Одним из сложных правовых последствий применения ВРТ является постмортальная репродукция, под которой в науке понимают зачатие и рождение ребенка после смерти одного или обоих родителей с использованием ранее криоконсервированного генетического материала.
Развитие постмортальной репродукции ставит перед российской правовой системой принципиально новые вопросы, связанные с определением конституционно-правового статуса ребенка, установлением его происхождения, выстраиванием юридической связи с умершим родителем и обеспечением реализации принадлежащих ребенку конституционных прав.
В отличие от традиционной модели происхождения, основанной на одновременном существовании родителей и ребенка как субъектов семейных правоотношений, постмортальная репродукция приводит к возникновению ситуаций, в которых биологическое происхождение ребенка не всегда совпадает с его юридически признанным происхождением, а существующие механизмы семейно-правового регулирования оказываются недостаточными для преодоления возникающей правовой неопределенности.
Конституция Российской Федерации закрепляет, что материнство, детство и семья находятся под защитой государства (ст. 38), а также провозглашает детей важнейшим приоритетом государственной политики (ст. 67.1). Из содержания указанных конституционных положений следует, что государство обязано создавать такие правовые механизмы, которые гарантировали бы каждому ребенку возможность реализации принадлежащих ему прав независимо от обстоятельств его рождения.