Развитие прав коренных малочисленных народов (далее – КМН) является предметом законодательного регулирования и стратегического планирования. Статус КМН определен в федеральных законах о гарантиях прав, об организации общин и о территориях традиционного природопользования КМН, принятых более 20 лет назад и обладающих в общей динамике законотворчества сравнительной «жесткостью». Несмотря на это, в недавно принятых документах стратегического планирования гарантирование прав КМН фиксируется в числе принципов российской национальной политики, а также принципов устойчивого развития КМН.

Учитывая стратегическую значимость обеспечения прав КМН для российской национальной политики, зависящего от эффективности правового регулирования, представляется актуальным исследование новейших правовых механизмов развития прав КМН в совокупности с особенностями их реализации в региональном аспекте.

Легальное определение понятия «коренные малочисленные народы» (равно как и понятия «коренные малочисленные народы Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации») сформулировано по типу перечисления признаков туземства (пространственная и поведенческая традиционность), уникальности (менее 50 тысяч человек) и самобытности (этническая самоидентификация), а само правовое регулирование сферы КМН во многом имеет рамочный характер, что подтверждается многочисленными научными изысканиями путей решения проблем, связанных со статусом КМН и с правовым обеспечением их жизнедеятельности. Научные подходы в этой сфере можно сгруппировать, например, следующим образом:

– комплексность прав КМН Севера в силу одновременного индивидуального и коллективного характера, а также необходимости приоритетной их защиты ввиду особенностей образа жизни, хозяйствования, природопользования КМН Севера;

– полисистемность развития и защиты прав КМН за счет управленческого синтеза федерального (регуляторного) и регионального (прикладного) уровней публичной власти и создание в рамках последнего специальной этнонациональной политики, государственных программ развития, грантов, субсидий, мер социальной и «языковой» поддержки;