О перспективах появления в арбитражном процессе нормы о заключении прокурора
Аннотация
В статье обсуждается вопрос о возможности появления в российском арбитражном процессе нормы, выделяющей дачу заключения прокурором в качестве самостоятельной формы участия, по модели, существующей в гражданском процессе. Анализируются основные доктринальные подходы к природе заключения прокурора как мотивированного мнения, правового акта органа власти и процессуальной гарантии и обосновывается их непротиворечивость. Рассматривается признак самостоятельного процессуального интереса прокурора, дающего заключение, в силу которого его фигура расходится с классической моделью amicus curiae и сближается с положением государственного органа, дающего заключение по делу. Показываются связанные с этим ограничения доказательственных полномочий. На материале эволюции ст. 52 АПК РФ демонстрируется, что развитие норм об участии прокурора в арбитражном процессе шло в сторону активной поддержки государственного и иного публичного интереса, а не нейтрального экспертного участия. Де-лается вывод: появление самостоятельной нормы о заключении прокурора в АПК РФ маловероятно, тогда как более вероятна дальнейшая «следственная» эволюция его полномочий.
Ключевые слова
| Тип | Статья |
| Издание | Арбитражный и гражданский процесс № 09/2026 |
| Страницы | 28-31 |
| DOI | 10.18572/1812-383X-2026-9-28-31 |
Введение
Федеральный закон от 7 октября 2022 г. № 387-ФЗ «О внесении изменений в статью 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статью 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» (далее — Федеральный закон № 387-ФЗ) завершил очередной этап эволюции участия прокурора в гражданском и арбитражном процессах. В Гражданском процессуальном кодексе Российской Федерации (далее — ГПК РФ) появилась новая ч. 4 ст. 45 о вступлении в процесс для дачи заключения по отдельным категориям дел; в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации (далее — АПК РФ) ч. 5 ст. 52 расширила применение параллельной конструкции о вступлении в дело с процессуальными правами и обязанностями лица, участвующего в деле, в целях обеспечения законности. Цель в обоих кодексах одна, но способ ее достижения в ГПК РФ назван (дача заключения), в АПК РФ — нет. Возникает вопрос: будет ли и в АПК РФ прямо названа форма дачи заключения? На этом настаивают сторонники прямого закрепления, к этому еще до реформы через расширительное толкование обратился Верховный Суд Российской Федерации (ВС РФ). Полагаем, ответ отрицательный: участие прокурора в арбитражном процессе двадцать лет эволюционирует в направлении, противоположном заложенному в ст. 45 ГПК РФ.
1. Природа заключения прокурора в гражданском процессе
Легальной дефиниции заключения ГПК РФ не содержит. В доктрине его понимают по-разному: как мотивированное мнение о разрешении дела по существу; как правовой акт органа власти с государственно-властным велением, хотя и без обязательности, вплоть до самостоятельного «квалифицирующего правового акта», сочетающего толкование норм с оценкой обстоятельств дела; как процессуальную гарантию реализации полномочий прокуратуры, транслирующую суду рекомендации государства. Противоречия здесь скорее кажущиеся: одно явление описывается в плоскостях формы, природы и функции. Заключение одновременно есть и правовой акт, оформляющий позицию органа власти, и мотивированное независимое суждение, не предопределяющее позицию суда. Близка к этому позиция О.В. Воронина: при вступлении по прямому указанию закона прокурорско-надзорная деятельность поглощается судебной как более сложным видом правоприменения, надзора за судом прокурор не ведет, а его участие служит дополнительной гарантией законного решения. Подготовка заключения — внутренняя процедура прокуратуры, в суде реализуемая в процессуальной форме. Оценка такого участия, как «юридического атавизма» этой структуры, не учитывает.