Введение

27–29 мая 2026 г. «юристы-уголовники» провели ряд научных конференций. Несмотря на то что все они формально были посвящены юбилейным датам, во-первых, 100-летию УК РСФСР в редакции 1926 г. и, во-вторых, 30-летию УК РФ, фактически на каждой из них речь шла, по традиции, о главном — современном состоянии криминологии, уголовного и уголовно-исполнительного права в целом. Вызывает удивление, что среди активных участников на данных конференциях практически не нашлось места для процессуалистов.

Вместе с тем открытая всем ветрам инновационной творческой мысли система «Уголовно-правовые науки» (во многом антисистема. — М. Булавина) с некоторых пор под «крышей» научной специальности (жуткая эклектика или?) под номером 5.1.4 объединила в единое целое некогда a priori абсолютно самостоятельные отрасли знаний, включая «чистых» теоретиков-криминологов, а также разного рода уголовных «материалистов» и «процессуалистов». Как нам известно, авторы этого смелого в истории развития объединения научных специальностей (которые в течение десятилетия только дробились) руководствовались осознанием того, что уголовное право немыслимо без уголовного процесса, а последний крайне сложно представить без регламентов права уголовного.

Судебная практика — критерий истинности уголовно-правовой теории

Взгляд со стороны на уголовно-судебную практику последних лет позволил нам, теоретикам права, выявить явные пробелы, если не совсем уж в праве уголовном, так по крайней мере в соответствующей ему дидактической составляющей (речь об основах обучения азам права уголовного). Поясним данную мысль на примерах.