Эффективность реализации концепции «Русская школа за рубежом»: анализ и рекомендации
Аннотация
Цель. Определить перспективы и варианты развития концепции «Русская школа за рубежом» как одной из форм сохранения культурной и образовательной идентичности в условиях иного социокультурного окружения. Русские школы за рубежом — не только образовательные институты, но и инструмент обеспечения культурной преемственности и публичной дипломатии, поэтому ее развитие требует синхронизации педагогических, организационных, культурных и политических задач. Методология: в статье предпринят анализ первичных эмпирических материалов (получены через интервьюирование руководителей отдельных образовательных учреждений за границей), анализ нормативно-правовых документов. Выводы. Обеспечение функции русских школ за рубежом как связующего звена с общероссийским образовательным пространством требует государственной поддержки через, прежде всего, бесперебойное поддержание учебно-методической базы и постоянный приток специально подготовленных для работы в инокультурном окружении педагогов. Научная и практическая новизна. Статья позволяет обобщить подходы к пониманию «Русской школы за рубежом» и может быть использована при подготовке учебных и аналитических обзоров. Результаты могут быть полезны при совершенствовании программ поддержки соотечественников и международного гуманитарного сотрудничества.
Ключевые слова
| Тип | Статья |
| Издание | Юридическое образование и наука № 08/2026 |
| Страницы | 26-30 |
| DOI | 10.18572/1813-1190-2026-8-26-30 |
Тектонические сдвиги в мировых делах, а также в российской внешней и внутренней политике последнего десятилетия привели к выработке и закреплению принципиально новых подходов и приоритетов в области укрепления позиций русского языка в мире и продвижения норм и ценностей российского образования. Это явствует из сравнительного анализа Концепции поддержки русского языка и культуры за рубежом от 3 ноября 2015 г. и Концепции государственной языковой политики РФ 2024 г. Однако отдельные положения основ государственной политики, касающиеся русских школ за рубежом, регулирующиеся Концепцией «Русская школа за рубежом» от 4 ноября 2015 г.,
Во-первых, неотложного пересмотра требует использование терминологии, связанной с концептом «мягкой силы» («продвижение», «эффективность применения технологии»). Этот механизм создания привлекательного образа «другого», реализуемый, как правило, без ведома властей страны, население которой является целевой группой воздействия, фактически является вариантом неявного вмешательства во внутренние дела. На уровне обыденных и часто некритически складывающихся представлений мягкая сила предполагает влияние на формирование общественного мнения, провоцирующего запуск негаций в отношении родины, которая в сравнении с продвигаемой культурой оказывается недостаточно хороша. Для стран, где последствия укоренения негативной идентичности.
Кроме того, западной аудиторией инструменты «мягкой силы» «в руках авторитарных режимов» воспринимаются как sharppower, которую нужно повсеместно разоблачать и пресекать. В России же широкой публикой «мягкая сила» (как сторонниками, так и противниками ее применения) интерпретируется как очередная попытка «догнать и перегнать Запад», заранее обреченная на провал.
Представляется целесообразным переформатировать базовый подход: не продвигать (т.е. насаждать, убеждать в привлекательности, важности, качественности и т.д.), а на уровне основного посыла преподносить активность как обеспечение потребностей, предоставление возможности приобщиться для всех желающих, но в первую очередь — для особо нуждающихся. Следует сменить акцент с «мягкой силы» на гарантии бесшовного и безбарьерного доступа, жизненно необходимого не столько для обеспечивающей стороны, сколько для получателя.