В соответствии с Указом Президента РФ от 9 ноября 2022 г. № 809 «Об утверждении Основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей» «религии, являющиеся неотъемлемой частью российского исторического и духовного наследия, оказали значительное влияние на формирование традиционных ценностей, общих для верующих и неверующих граждан» (п. 6). Значительную роль в деятельности религиозных объединений осуществляют религиозные служители. Религиозные служители – особая категория лиц, имеющая зачастую особый статус, который регулируется не только нормами внутренних установлений религиозных организаций (священными текстами и др.), но и нормами государства. Их роль в формировании и сохранении традиционных ценностей нельзя игнорировать.

Рассмотрим одну из тенденций, которая формируется на протяжении последних двух десятилетий в европейских странах. Речь идет об ограничении свободы слова для христианских служителей. В средствах массовой информации можно услышать, что запрет Библии и христианских ценностей – это новая форма тоталитарного общества, постепенно формирующегося на Западе. Но действительно ли существующие законодательные положения в европейских странах лишают возможности христианских служителей действовать в соответствии с голосом совести и Библией? Исследуем опыт четырех стран Швеции, Финляндии, Греции и Великобритании.

1. 20 июля 2003 г. в маленьком городке Боргхольм (Швеция) пастор-пятидесятник Аке Грин произнес проповедь для своей паствы о брачном поведении, основанную на его толковании Библии. Его проповедь называлась в виде вопроса: «Рождаются ли люди с гомосексуальной ориентацией или это результат влияния злых сил?». Позже проповедь была напечатана в местной газете, и вскоре после этого Грин был привлечен к ответственности за нарушение шведского закона о разжигании ненависти. Пастора признали виновным и приговорили к одному месяцу тюремного заключения, на приговор он подал апелляцию. В феврале 2005 г. апелляционный суд отменил обвинительный приговор Грину в соответствии с национальным законодательством, сославшись на соображения свободы слова. Прокурор обратился в Верховный суд Швеции, который согласился с решением апелляционной инстанции, отменившей обвинительный приговор.