О некоторых проблемах приостановления предварительного расследования в отношении участников специальной военной операции
Аннотация
Статья посвящена комплексному анализу института приостановления предварительного расследования в отношении участников специальной военной операции (далее – СВО). На основе изучения разных научных подходов и обобщения судебно-следственной практики, сложившейся после включения в уголовно-процессуальное законодательство нового основания приостановления, предусмотренного п. 3.1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, выявляются ключевые проблемы его применения. Также автором исследуется ряд вопросов, касающихся приостановления расследования по данному основанию: о его юридической природе, об обязательности ходатайства командования воинской части для принятия решения о приостановлении следователем, о соотношении приостановления и последующего прекращения уголовного преследования, а также о процессуальных гарантиях прав потерпевших. Автором сформулированы предложения по совершенствованию правового регулирования рассматриваемого основания приостановления.
Ключевые слова
| Тип | Статья |
| Издание | Российский следователь № 08/2026 |
| Страницы | 22-26 |
| DOI | 10.18572/1812-3783-2026-8-22-26 |
Институт приостановления предварительного расследования, традиционно рассматриваемый как временная мера, вызванная объективными препятствиями для завершения производства по делу, в последние годы подвергся существенной трансформации. Принятие Федеральных законов от 23 марта 2024 г. № 64-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» и от 2 октября 2024 г. № 340-ФЗ «О внесении изменений в статью 78.1 Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации», вводящих п. 3.1 ч. 1 ст. 208 и ст. 28.2 УПК РФ, а также корреспондирующие нормы в УК РФ (ст. 78.1), ознаменовало появление специального правового режима для лиц, принявших участие в специальной военной операции (далее – СВО). Данные новеллы направлены на формирование механизма «законодательного компромисса» между публичным интересом государства в комплектовании Вооруженных Сил РФ и реализацией уголовного преследования.
Несмотря на кажущуюся определенность законодательных формулировок, правоприменительная практика столкнулась с рядом сложных и неоднозначных вопросов. Дискуссионными остаются как фундаментальные аспекты (природа приостановления, соотношение с прекращением), так и процедурные моменты (роль ходатайства командования, защита прав потерпевших, действие мер пресечения). Цель настоящей статьи – на основе анализа доктринальных источников и материалов практики выявить основные коллизии и предложить пути их разрешения.
Перейдем к рассмотрению юридической природы п. 3.1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ. Прежде всего, следует определиться с характером данной правовой нормы: является ли он императивным или дискреционным?
Данный вопрос является довольно острым и носит дискуссионный характер, в связи с чем следует определиться должен ли в обязательном порядке следователь приостановить производство по делу при наличии соответствующего ходатайства командования воинской части, в которой проходит военную службу привлекаемое к уголовной ответственности лицо, или же он обладает правом отказать в удовлетворении такого ходатайства, руководствуясь, например, интересами расследования или тяжестью преступления?