Современная контрактная система, опосредуя удовлетворение государственных и муниципальных потребностей в товарах, работах, услугах, представляет собой важнейший элемент экономической системы страны, который не только обеспечивает непосредственное сопряжение публичных и частных интересов в этой сфере, но и оказывает мощнейшее регулятивное воздействие на товарное производство и оборот, обеспечивая их развитие в направлении достижения определенных в ходе государственного социально-экономического планирования целей. Необходимость противодействия внешним вызовам и угрозам экономической безопасности Российской Федерации определяет известную трансформацию задач государства в области публичного управления, успешное решение которых во многом зависит от эффективности функционирования государственной контрактной системы в современных условиях. Повышение оперативности закупок без снижения их качества, работа в условиях ориентации хозяйственной системы на импортозамещение, поддержка российских производителей – задачи, решение которых требует совершенствования всех элементов системы удовлетворения государственных нужд, включая их планирование.

Традиционным для социальных наук является рассмотрение планирования как функции управления; последнее – как деятельностное состояние государственной власти – естественным образом включается в число категорий публичных отраслей правовой науки, преимущественно административного права, ибо в деятельности, в первую очередь, органов исполнительной власти исследователи видели постоянное систематическое воздействие на общественные отношения. Характерные для представителей науки хозяйственного права советской эпохи попытки вывести управление за рамки осуществления лишь политической власти, представить последнее как функцию собственности – собственности как социального отношения, опосредующего не только господство над вещами, но и возможность собственника влиять на поведение иных лиц-несобственников, а потому могущих быть представленными как отношения власти иной природы (экономической), были фактически преданы забвению в результате либеральных реформ начала 90-х годов прошлого века. Между тем ограниченность вещно-правовой концепции собственности при объяснении сущности ее государственной формы становится очевидной при попытке осознания подлинного смысла конституционной формулы социального государства, коим определяет Россию Конституция РФ (ч. 1 ст. 7); обретение полноценного качества «государства всеобщего благоденствия», провозгласившего права и интересы населения основой государственного и общественного строя, требует от государства активного воздействия на социально-экономические процессы, которое не может быть сведено лишь к публично-правовым мерам, ибо сфера политического воздействия объективно ограничена «личным суверенитетом» каждого, пределы и содержание которого заданы основополагающими конституционными правами и свободами.