В соответствии с подп. «е» п. 6 Указа Президента Российской Федерации от 7 мая 2024 г. № 309 «О национальных целях развития Российской Федерации на период до 2030 года и на перспективу до 2036 года» (далее – Указ Президента РФ № 309) одним из целевых показателей достижения национальной цели «Устойчивая и динамичная экономика» является рост капитализации фондового рынка не менее чем до 66% ВВП к 2030 г. и до 75% ВВП к 2036 г. Полагаем, что увеличение капитализации фондового рынка возможно интенсивно (за счет увеличения объема вложений текущих инвесторов), и (или) экстенсивно (за счет увеличения числа инвесторов на фондовом рынке). Несмотря на зависимость достижения данных целей также от экономической обстановки, инвестиционного климата, степени финансовой грамотности инвесторов, фундаментальным является решение правового вопроса, а именно, кем является инвестор и каково его правовое положение на российском рынке инвестиционных услуг (сегменте финансового рынка, в рамках которого происходит оборот услуг, оказываемых профессиональными участниками данного рынка с целью распределения инвестиционного капитала от инвестора в пользу реципиента инвестиций и разделения инвестиционных рисков, связанных с вложением данного капитала)?

Подход законодателя к инвестиционным правоотношениям в реальном секторе экономики и на финансовом рынке является фрагментарным. Существуют разночтения в понятийном аппарате, в том числе в отношении базовых категорий (например, «инвестиции» и «инвестор»). В правовой доктрине также отсутствует единодушие относительно восприятия терминологии. Некоторые исследователи отмечают, что многозначность понятия «инвестиции» делает невозможным их рассмотрение в качестве объекта права, наделенного заранее определимым правовым режимом, поскольку отсутствуют предпосылки для унификации таких режимов для разных форм и способов инвестирования, что не мешает закреплению общих гарантий инвестору. Другие ученые при определении понятий «инвестиции» и «инвестор» акцентируют внимание на сущностных признаках данных правовых явлений. Например, А.М. Лаптева утверждает, что основным признаком, характеризующим «инвестора» как субъекта правоотношений, является факт вложения средств с определенной целью, что отграничивает его от других субъектов инвестиционной деятельности, в то же время «для правового регулирования в целом не имеет значения, к какому виду субъектов права относится инвестор, какова его национальная принадлежность, какие именно объекты он вкладывает».