Публично-правовой статус нотариуса как основание презумпции достоверности нотариально удостоверенного завещания
Аннотация
В статье исследуются проблемы оспаривания нотариально удостоверенных завещаний по основаниям, связанным с предполагаемым пороком воли наследодателя. Особое внимание уделяется доказательственной силе нотариально удостоверенного завещания. Обосновывается необходимость формирования в правоприменительной практике презумпции достоверности нотариально удостоверенного волеизъявления. Особое внимание уделяется публично-правовому статусу нотариуса как лица, обеспечивающего фиксацию и защиту последней воли наследодателя. Сделан вывод о том, что оспаривание нотариально удостоверенного завещания должно носить исключительный характер и допускаться лишь при наличии достаточных и непротиворечивых доказательств существования порока воли завещателя в момент совершения нотариального действия.
Ключевые слова
| Тип | Статья |
| Издание | Наследственное право № 03/2026 |
| Страницы | 24-26 |
| DOI | 10.18572/2072-4179-2026-3-24-26 |
В последние годы наблюдается устойчивая тенденция к увеличению количества судебных споров, связанных с признанием завещаний недействительными. Например, за 2024 г. было подано 2199 жалоб, а только за первую половину 2025 г. 1094 жалобы о признании завещания недействительным. Наиболее распространенным основанием для предъявления соответствующих требований является заявление наследников о неспособности наследодателя в момент совершения завещания понимать значение своих действий или руководить ими. При этом подобные доводы, как правило, заявляются уже после открытия наследства и смерти наследодателя.
При этом завещание подлежит обязательному нотариальному удостоверению в силу п. 1 ст. 1124 ГК РФ. Согласно позиции Конституционного Суда РФ «нотариат в Российской Федерации служит целям защиты прав и законных интересов граждан и юридических лиц, обеспечивая совершение нотариусами, работающими в государственных конторах или занимающимися частной практикой, предусмотренных законодательными актами нотариальных действий от имени Российской Федерации (ст. 1 Основ), что гарантирует доказательственную силу и публичное признание нотариально оформленных документов». Таким образом, Конституционный Суд Российской Федерации закрепляет особую юридическую силу нотариального акта ввиду наличия публично-правовой природы нотариата. Важно подчеркнуть, что нотариус перед совершением нотариального действия проводит беседу с лицами, обратившимися за совершением нотариального действия, узнает их истинную волю и разъясняет последствия тех или иных действий. Безусловно, при совершении нотариального действия нотариус обязан осуществить ряд проверочных мероприятий, в том числе получить сведения из Единой информационной системы нотариата (ЕИС нотариата) в целях установления отсутствия вступившего в законную силу решения суда о признании гражданина недееспособным либо ограниченно дееспособным. При этом некоторые исследователи отмечают неполноту сведений, содержащихся в Росреестре, «в указанном ведомстве данная информация хранится в отношении не всех людей – сведения о неполной дееспособности физического лица появляются в Росреестре от судебных органов только в связи с находившимися в их производстве делами». Вместе с тем согласно п. 8 Методических рекомендаций по удостоверению завещаний, принятию нотариусом закрытого завещания, вскрытию и оглашению закрытого завещания (далее – Методические рекомендации) отсутствие вступившего в законную силу решения суда о признании гражданина недееспособным или ограниченно дееспособным само по себе не свидетельствует о том, что в момент совершения завещания лицо в полной мере осознавало значение своих действий и могло руководить ими.
