Конституционные положения, определяющие гарантии защиты прав и законных интересов граждан, требуют правового оформления как юрисдикционных, так и внеюрисдикционных механизмов защиты, включая возможность применения примирительных процедур и самозащиты. Цель у всех этих способов одна — защита нарушенных или оспариваемых прав, но методы такой защиты и порядок обращения к ней совершенно разные.

Поэтому судебная реформа, проводимая с 1991 г. в Российской Федерации, затронула не только направления совершенствования судопроизводства, но и вопросы оптимизации примирительных процедур, благодаря чему на сегодняшний день примирение — это одна из задач судопроизводства, что кардинально меняет подход к реализации защитных механизмов, в том числе инициируемых судом.

Увидеть трансформацию идеи включения института примирения в судебную деятельность можно исходя из следующих положений. В Постановлении VI Всероссийского съезда судей от 2 декабря 2004 г. было указано, что гарантией эффективной защиты прав помимо судебной защиты является возможность обращения к альтернативным способам разрешения споров, поскольку субъекты гражданского оборота должны иметь возможность выбрать любую удобную процедуру, соответствующую их требованиям о времени, стоимости, конфиденциальности, императивности и последствиям решения, а задача судебной власти — содействовать функционированию альтернативных процедур и гарантировать соблюдение закона и в этой сфере. В этой связи съезд посчитал целесообразным законодательное закрепление альтернативных средств разрешения споров, предложив закрепить такие виды, как переговоры, посредничество, консультации, оставив перечень незакрытым.

В развитие этих позиций был принят Федеральный закон от 27 июля 2010 г. № 193-ФЗ «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)», установивший правовые основы использования процедуры медиации, в том числе в судебной деятельности.