Проблема конституционного правоприменения привлекает все большее внимание исследователей, однако единого понимания его видов и субъектов до сих пор не сложилось. Некоторые авторы определяли его как применение акта высшей юридической силы специально уполномоченными лицами, но этот подход не содержал развернутой типологии. В предыдущих публикациях нами была предложена концепция четырех видов конституционного правоприменения: прямого, производного, интерпретационного и эксклюзивного. Если первые три в той или иной мере описаны в науке, то эксклюзивное правоприменение, связанное с деятельностью главы государства в условиях нормативной неопределенности, до сих пор не получило системного обоснования. Настоящая статья призвана восполнить этот пробел.

Статья 80 Конституции РФ определяет Президента как главу государства и гаранта Конституции. Как справедливо отмечает Б.С. Эбзеев: «Статус гаранта придает деятельности Президента особое измерение: он призван обеспечивать функционирование конституционного механизма в ситуациях пробелов в регулировании». Это положение имеет ключевое значение для понимания природы эксклюзивного правоприменения.

Анализ ст. 80 Конституции РФ позволяет выделить три элемента. Во-первых, Президент – гарант Конституции, что предполагает его ответственность за сохранение конституционного строя. Как подчеркивает С.А. Авакьян, «гарант» – это категория, допускающая действия даже при отсутствии прямых нормативных предписаний, если того требуют интересы сохранения конституционного порядка. Во-вторых, Президент обеспечивает согласованное функционирование органов публичной власти, выступая в кризисных ситуациях арбитром и координатором на основе общего конституционного мандата. В-третьих, он определяет основные направления внутренней и внешней политики, задавая параметры для всех органов власти – акт конституционного ориентирования.

Для характеристики деятельности Президента РФ в ситуациях нормативной неопределенности ключевое значение имеет категория дискреционных полномочий. В общей теории права под дискрецией понимается свобода усмотрения правоприменителя в выборе решения в пределах, установленных правовой нормой6. Однако применительно к конституционному статусу главы государства это понятие требует корректировки. В отличие от административной дискреции, осуществляемой в рамках заданной нормы, конституционная дискреция Президента РФ проявляется, когда норма отсутствует или сформулирована абстрактно. Статья 80 Конституции РФ не содержит детальной процедуры реализации функций гаранта, она лишь задает цель — обеспечение стабильности конституционного строя, оставляя выбор способов на усмотрение Президента.