1. Булгаков-правовед — неизведанная ипостась. Булгаков-писатель, Булгаков-белогвардеец, Булгаков-врач — столь разные и при этом целостные биографические амплуа обнаруживаются в жизнеописании выдающегося русского литератора М.А. Булгакова. Он родился в Киеве, там же стал врачом, проживал во Владикавказе, где начал писать и впервые по-настоящему проявил себя представителем творческой интеллигенции. И он окончательно раскрылся в 1920–1930-х годах в Москве как автор плеяды бессмертных произведений.

Однако Булгаков-писатель общественности открывался достаточно поздно и непоследовательно. По меткому замечанию В.Я. Лакшина, «Булгакова стали вспоминать с опозданием: спустя 25 лет после его смерти». Именно в 1960-х годах советский читатель, все еще бережно охраняемый государственной цензурой и направляемый партийными установками, время от времени получал возможность знакомиться с публикациями биографии Мольера (1962 г.), «Записок юного врача» (1963 г.), сокращенного варианта романа «Мастер и Маргарита» (1966–1967 гг.) и иных произведений автора.

Несколько позднее благодаря вкладу литературоведов читатель открыл для себя Булгакова-москвоведа. В многообразном калейдоскопе из фельетонов, пьес, повестей и романов ярко играет московская тематика. Где-то столица предстает автобиографически — как город, связанный с личной судьбой писателя. И это неслучайно: Москва, в которую 30-летний писатель въехал 28 сентября 1921 г., стала местом его творческой самореализации, родным городом на следующие почти два десятка лет — вплоть до смерти, наступившей 10 марта 1940 г. «Ибо, что бы ни происходило, что бы вы ни говорили, Москва — мать, Москва — родной город», — гласят строки из раздела «Панорама первая: голые времена» раннего очерка «Сорок сороков» (1923 г.). В иных произведениях, включая роман «Мастер и Маргарита», Москва является пространственной локализацией сюжетов.

Но сугубо биографическое или литературное видение судьбы писателя создает картину весьма ограниченную и не отражает всей глубины его творческой натуры. Не критикуя тезис о том, что уже хорошо знакомые публике Булгаков-писатель и Булгаков-москвовед интересны и глубоки, все же отметим, что наши предшественники совершенно упустили из виду еще одну ипостась — Булгакова-правоведа. В творческом наследии Булгакова имманентно юридические проблемы занимают зачастую главенствующее место, и этот вопрос остается абсолютно terra incognita и в литературоведении, и в юриспруденции. Лишь изредка свет видят работы, фрагментарно анализирующие социально-политические и юридические аспекты творчества писателя.