О правовом значении цифровой записи при осуществлении контрольно-надзорной деятельности в отношении предпринимателей
Аннотация
В статье анализируется современное состояние совершенствования правового регулирования форм, видов и порядка осуществления контрольно-надзорной деятельности в отношении субъектов предпринимательской деятельности путем формирования цифровой инфраструктуры контроля. Рассматривается правовое значение цифровой записи при ведении Единого реестра контрольных (надзорных) мероприятий (ЕРКНМ). Делается вывод о том, что ни законодательство, ни практика его применения пока не придают электронной цифровой записи в ЕРКНМ правоустанавливающей функции для правоотношений, складывающихся при осуществлении контрольно-надзорных мероприятий в отношении предпринимательской деятельности.
Ключевые слова
| Тип | Статья |
| Издание | Гражданское право № 04/2026 |
| Страницы | 13-16 |
| DOI | 10.18572/2070-2140-2026-4-13-16 |
Государственное управление, его отдельные функции должны модернизироваться вместе с экономикой в целом и участвовать в технологическом развитии страны. Задачи цифровой реформы, проводимой в контрольно-надзорной деятельности, были названы еще в Федеральном законе от 31 июля 2020 г. №248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации» (далее — Федеральный закон № 248-ФЗ). Закон установил обязанности контрольных органов по использованию информационных систем, впервые создал основы регламентации электронного документооборота и раскрытия информации в сети Интернет. Фактически он закрепил цифровую инфраструктуру контроля как обязательный элемент правоприменения, предусмотрев, что в целях информационного обеспечения государственного контроля (надзора), муниципального контроля создаются: 1) единый реестр видов федерального государственного контроля (надзора), регионального государственного контроля (надзора), муниципального контроля; 2) единый реестр контрольных (надзорных) мероприятий; 3) информационная система (подсистема государственной информационной системы) досудебного обжалования; 4) реестр заключений о подтверждении соблюдения обязательных требований; 5) информационные системы контрольных (надзорных) органов (ст. 17). Соответственно, из понимания сущности законодательного регулирования цифровизации контрольно-надзорной деятельности можно сформулировать и цель ее цифровизации: создание с помощью цифровых процессов самонастраивающейся системы, построенной на данных и обратной связи от представителей бизнеса, когда риски по каждой организации будут подтверждаться в автоматическом режиме из информационных систем, в том числе из внешних источников информации. В юридической литературе идет активная дискуссия о моделях цифровизации контрольно-надзорной деятельности. Отправной точкой развития современного этапа цифровизации является Национальный проект «Экономика данных и цифровая трансформация государства», который был подготовлен по поручению Президента Российской Федерации Владимира Путина и утвержден в конце 2024 г. Основными целями национального проекта являются внедрение отечественных решений в повышение качества цифровизации в России и формирование цифровых платформ для агрегирования данных в едином источнике. Одним из важнейших показателей признано достижение «цифровой зрелости» государственного управления на уровне 46,7%. В юридической литературе признается решающее значение на современном этапе именно цифровых технологий для повышения эффективности, прозрачности и оперативности контрольно-надзорной деятельности. Отмечается, что включение цифровых технологий в процедуры и процессы позволяет обеспечить достижение превентивного управления рисками и снижение административной нагрузки на бизнес. Как сформулировали основные направления этой деятельности сами законодатели, ключевыми векторами развития системы контроля в 2026 г. являются: повышение качества профилактики, внедрение технологий больших данных и искусственного интеллекта.
