Семейному кодексу Российской Федерации (далее — СК РФ) исполнилось тридцать лет. В отличие от человеческих существ — возраст солидный, предполагающий высокий уровень социальной зрелости. Однако такой оценке мешают весьма значительные недостатки его нормативно-правовой натуры, а среди них — практически полное отсутствие понятийного аппарата, на что неоднократно указывалось в цивилистической доктрине, но пока безрезультатно. Эта проблема напрямую касается и определения понятия «семья» с ее видовыми модификациями — классическими (полная, неполная, многодетная, многопоколенная, молодая, приемная, малоимущая, бездетная, на основе родства и/или свойства, из фактических брачных отношений и т.д.), неклассическими (семья, основанная на гостевом или, например, дистантном браке и др.). Между тем как определение семейного союза, так и формализация его существования российскому законодательству необходимы для самых различных целей: отграничения от квазисемейных, этически и юридически порочных союзов (в западных вариациях; в вариантах фиктивного брака, фиктивной семьи, фиктивной опеки или фиктивной приемной семьи), дифференциации налогообложения, льготной ипотеки и иных способов обеспечения семьи жильем, социальной поддержки.

Среди всего означенного разнообразия задач законодательное определение многодетной семьи имеет особые социально-политические, конституционно-правовые и отраслевые смыслы. Многодетность рассматривается как путь к народосбережению, неслучайно федеральный проект с одноименным названием включен в структуру национального проекта «Семья», реализуемого с 2025 по 2030 г. За период 2014–2025 годов число таких семей увеличилось двукратно (до 2,9 млн), их прирост в 2025 г. составил порядка 280 тыс. При этом дефинирование данного типа семейного союза должно осуществляться в два этапа: сначала — фиксация ключевых признаков семьи любого типа и только затем — признаков именно многодетной семьи. Однако, к сожалению, на всероссийском уровне (в отличие, например, от белорусского семейного закона) акцент сделан исключительно на обеспечении узкоспециальных потребностей социального (частично — налогового) законодательства, исключив из этой «обоймы» СК РФ. Причем на федеральном уровне проигнорирован и первый этап, ибо в связи с отсутствием семейно-правовой характеристики признаков семейного союза мы имеем весьма расплывчатое с нормативной точки зрения о нем представление. Такие попытки осуществлены на уровне субъектов РФ, хотя и для специальных целей — охраны семьи, материнства и детства и в контексте социальной политики.