Развитие электронной коммерции и стремительное распространение цифровых услуг принципиально изменили характер потребительских отношений, сместив значительную их часть в дистанционный формат. Покупка товаров онлайн, оформление подписок, получение контента и программных продуктов через Интернет стали для большинства граждан обычной практикой. Такие процессы сопровождаются изменением структуры споров между потребителями и продавцами (исполнителями): увеличивается доля конфликтов, связанных с несвоевременной доставкой, непредоставлением информации о товаре, отказом в возврате цифрового контента, а также нарушением сроков передачи предварительно оплаченных товаров. 

Современная дистанционная торговля представляет собой самостоятельный способ реализации товаров, при котором договор заключается без непосредственного контакта продавца и покупателя. Правовое регулирование этих отношений закреплено в ст. 26.1 Закона Российской Федерации № 2300-1 «О защите прав потребителей» и Правилах продажи товаров по договору розничной купли-продажи, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации № 2463. В них сформированы обязательные требования к содержанию информации о товаре, условиям покупки, порядку доставки и возврата.

Существенной особенностью дистанционной формы является то, что потребитель принимает решение о покупке на основании изображений, описаний и отзывов, размещенных на сайте или в приложении. Именно поэтому законодатель возлагает на продавца обязанность предоставить исчерпывающие сведения о товаре, производителе, цене, гарантийных сроках, а также о процедуре направления претензий. Роспотребнадзор в своих разъяснениях неоднократно подчеркивал, что отсутствие данных о продавце — наименования, адреса, способов связи — создает риск для потребителя и фактически делает невозможным последующую защиту его прав. Отдельную сложность представляет тема цифровых услуг — подписок, доступа к программному обеспечению, цифровому контенту. Российское законодательство до сих пор не содержит единой нормы, определяющей правовую природу таких услуг. В научной литературе они рассматриваются как смешанные договоры, включающие элементы лицензионного соглашения, оказания услуг и поставки. Такая неопределенность отражается на судебной практике: требования о возврате средств за подписки, цифровой контент или доступ к сервисам рассматриваются судами по аналогии с положениями о качестве товара и обязанности предоставления полной информации.

При этом цифровые услуги обладают характерными признаками: они исполняются нематериально, часто автоматически, а факт их предоставления фиксируется электронными системами, что влияет на распределение бремени доказывания и на способы подтверждения обстоятельств спора.

Особое значение для потребителей имеет возможность выбора суда. Статья 17 Закона о защите прав потребителей предоставляет истцу право обратиться как по месту своего жительства, так и по месту исполнения договора или нахождения продавца. В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 подчеркивается, что суд не вправе возвращать иск по мотиву несоблюдения территориальной подсудности, поскольку выбор принадлежит истцу. Такой подход особенно важен в дистанционной торговле, где продавец может находиться в другом регионе или осуществлять деятельность через посредников.