Кому не известна плеяда замечательных ученых-конституционалистов — представителей Воронежской школы? Марина Валентиновна Карасева — полноправный член этого сообщества, немало потрудившаяся над проблемами «трансплантации» конституционных норм и принципов в практику правоприменения. Смею предположить, что теоретический заряд, полученный Мариной Валентиновной от занятий конституционным правом, позволил ей стать видным теоретиком финансового права — отрасли, вырастающей из конституционных ценностей. Воронежский особый стиль виден в каждой научной работе М.В. Карасевой, в любом ее публичном выступлении, в работе со студентами и аспирантами. А сделано ею немало, хотя, верится, ее еще более яркие работы, обогащающие науку российского финансового права, — в недалеком будущем!

Научный мир хорошо знает М.В. Карасеву как талантливого исследователя многих институтов финансового права, как автора интересных и глубоких работ по налоговому, бюджетному праву, финансовому контролю, правовым аспектам денежного обращения. В созданной ею Воронежской научной школе финансового права ее учениками и последователями исследуются как фундаментальные проблемы, так и актуальные практические вопросы финансового правоприменения в ключевых подходах, созданных их учителем — Мариной Валентиновной Карасевой, активно продолжающей своими работами развивать теорию финансового права и смежных правовых институтов.

Хотелось бы особое внимание уделить вкладу М.В. Карасевой в развитие теоретических воззрений на существо и природу финансовых правоотношений. Этому была посвящена докторская диссертация в далеком 1998 г., Марина Валентиновна осталась верна этому научному направлению и в дальнейшем, опубликовав ряд научных работ о финансовых правоотношениях, развивая ею сформулированные идеи и решения.

В отличие от авторов, обращавшихся к этой проблематике, но понимавших финансовые правоотношения как совокупность организационных, контрольных, управленческих правовых связей, М.В. Карасева определила их как имущественные, материально-правовые связи, возникающие на основе властных предписаний, обязывания, юридического неравенства субъектов. Это позволило определить теоретическую основу для классификации и систематизации финансовых правоотношений, разграничить финансовые и цивилистические между собой, наконец выделить организационно-управленческие и материально-правовые.