Принцип автономии личности и наследуемое редактирование генома: допустимо ли сознательное отступление от автономии редактируемого?
Аннотация
В научной литературе все чаще звучат эксплицитные воззвания к защите автономии личности при наследственном редактировании генома человека. Автор предпринимает попытку рассмотреть категорию автономии личности через призму философии, этики и права (в том числе решений Европейского суда по правам человека и Конституционного Суда Российской Федерации) и установить возможность ее реализации при решении вопроса о редактировании зародышевой линии эмбриона. Анализ поливариативной природы автономии личности показал, что полноценная реализация автономии возможна только самой личностью, и это требует поиска иных адаптивных подходов к ее реализации в контексте технологии геномного редактирования. В качестве решения предлагается рассмотреть возможность реализации принципа автономии личности при решении о редактировании зародышевой линии эмбриона через соблюдение требований уважения и охраны человеческого достоинства.
Ключевые слова
| Тип | Статья |
| Издание | Конституционное и муниципальное право № 06/2026 |
| Страницы | 19-24 |
| DOI | 10.18572/1812-3767-2026-6-19-24 |
Введение
В настоящее время редактирование генома человека перестало быть предметом футуристических прогнозов ученых и воплотилось во вполне реальный метод, активно используемый в медицине. Представленное стало возможным благодаря синтезу достижений молекулярной биологии и цифрового инструментария, сделавшим возможным обработку больших данных о последовательностях нуклеотидов, генетической экспрессии, взаимосвязях генов на выстраиваемые аминокислоты и т.д. «Венцом» междисциплинарной науки стала разработка технологии CRISP-Cas9, позволившей с целью предупреждения наследственных заболеваний производить посредством метода «молекулярных ножниц» изолированные мероприятия с генами человека, как, например, удаление дефектного гена и его замена на здоровый, при одновременной минимизации рисков дефектов или мутаций.
Следует заметить, что технология геномного редактирования предполагает внесение изменений как в соматические клетки (т.е. клетки, касающиеся конкретного человека и не участвующие в половом размножении), так и половые клетки (изменение которых может проявить себя в будущих поколениях). И если внесение изменений в соматические клетки всецело и безусловно является распоряжением лица, кому эти клетки принадлежат, то с половыми клетками не все так однозначно.
Безусловно, возможные перспективы использования технологии редактирования генома человека нивелируют болезни будущих поколений людей. И пока ученые всего мира работают над безопасностью применения технологии — как для потенциальных родителей, так и для детей, которые появятся на свет с измененным геномом, — из фокуса внимания выбивается другой, не менее важный вопрос: вопрос, ответ на который предстоит дать юридическому сообществу: кому принадлежит право на редактирование генома человека?
Дело в том, что последствия от манипуляций, посредством которых в зародышевую линию эмбриона вносятся изменения, ложатся на будущие поколения людей. Своеобразным сдерживающим фактором имплементации технологии геномного редактирования выступает и то, что последствия таких манипуляций являются необратимыми: внесенные в человеческий геном изменения навсегда останутся с их носителями. В связи с этим возникают закономерные вопросы: допустимо ли принимать необратимые решения за тех, кто еще не родился? В чьих руках окажется ответственность за судьбу будущего человека?
