27 июля 2026 г. российская юридическая наука отмечает знаменательную дату – 85-летний юбилей Владимира Михайловича Сырых, доктора юридических наук, профессора, заслуженного деятеля науки Российской Федерации, главного научного сотрудника Российского государственного университета правосудия. За долгие годы плодотворной научной и педагогической деятельности юбиляром созданы фундаментальные труды, посвященные самым сложным и дискуссионным проблемам теории государства и права, истории политических и правовых учений, истории советского права и правосудия. В.М. Сырых принадлежит к поколению ученых, чье профессиональное становление пришлось на позднесоветский период, но подлинное раскрытие его таланта произошло уже в постсоветское время, когда открылись архивы и появилась возможность непредвзятого анализа правовой системы СССР. 

В.М. Сырых последовательно отстаивает позицию, согласно которой советское право на протяжении большей части своей истории страдало от позитивистской редукции, отождествлявшей право с волей господствующего класса, облеченной в закон. Как подчеркивает ученый, «В.И. Ленин право понимал и интерпретировал как ординарный позитивист». Для вождя большевиков право выступало исключительно в форме закона, который был не чем иным, как волей экономически и политически господствующего класса, причем «никакой закон не может связать выражения воли господствующих классов». В этом пункте, как отмечает В.М. Сырых, В.И. Ленин отошел от марксистского понимания права как объективной формы экономических отношений, содержащей в себе всеобщие принципы равенства, свободы воли, эквивалентности.

Рассматривая эволюцию ленинских взглядов, В.М. Сырых приходит к выводу, что «позитивизм советской правовой науки имеет своим истоком не А.Я. Вышинского, а В.И. Ленина, не сумевшего преодолеть традиционную для российской юридической литературы позитивистскую трактовку права», и это принципиальное замечание позволяет понять многие последующие деформации советской правовой системы, когда закон, выражающий волю партийно-государственного руководства, возводился в абсолют, а объективные правовые принципы и реальные механизмы правореализации упускались из фокуса внимания правоведов. Как заключает В.М. Сырых, «В.И. Ленин не создал цельной теории советского социалистического права, не проводил специальных исследований объективных оснований советского права, степени его соответствия существующим экономическим отношениям, утверждая прямо противоположный тезис о примате политики перед экономикой», что обернулось на практике возможностью для законодателя произвольно менять правовые нормы под влиянием текущих политических задач, игнорируя объективные экономические процессы.

В.М. Сырых дает сбалансированную оценку роли вождя большевиков в создании новой правовой системы. К числу несомненных достижений советской власти, инициированных В.И. Лениным, В.М. Сырых относит принятие Кодекса законов об актах гражданского состояния, брачного, семейного и опекунского права (1918 г.), Кодекса законов о труде (1918 г.) и ряда актов земельного права. В этих документах последовательно проводился курс на «уничтожение эксплуатации человека человеком и обеспечение полновластия трудящихся». Особо отмечается, что «советские законы, по предложению В.И. Ленина, не оставили “камня на камне из тех подлых законов о неравноправии женщины, о стеснениях развода, о гнусных формальностях, его обставляющих, о признании внебрачных детей”». Семейный кодекс впервые в истории признал равноправие мужа и жены, уравнял права внебрачных детей с рожденными в браке, а Кодекс законов о труде установил 8-часовой рабочий день, запретил ночной труд и ввел государственное страхование рабочих.

В.М. Сырых обращает внимание на негативные аспекты ленинского правопонимания и правотворчества: продразверстка, реанимированная советским государством в целях обеспечения пролетариата хлебом, уголовная ответственность за сокрытие излишков хлеба и т.п. «С позиций позитивистской доктрины рассуждения В.И. Ленина не выходят за пределы правового поля», однако с точки зрения марксистской теории права подобная ситуация квалифицируется иначе. Крестьянин, не желающий отдавать произведенный продукт за «цветные бумажки», действует в своем праве, настаивая на эквивалентном обмене. «Государство, отбирающее у крестьян хлеб под предлогом, что он у них лишний, и под страхом наказания не менее 10 лет лишения свободы и конфискации всего имущества, выступает ординарным грабителем». Впоследствии, напоминает профессор В.М. Сырых, сам В.И. Ленин признал, что продразверстка не была подлинно правовой мерой, ибо «у мелкого хозяина пропадает интерес к упрочению и развитию своей деятельности». Следовательно, закон, закрепивший разверстку, «был неправовым».