В современных условиях цифро­вые технологии расширяют сферу повсед­невной жизнедеятельности человека, способствуя развитию информационных элементов взаимодействия субъектов права. С одной стороны, этот процесс можно оценить положительно, но использование цифровых возможностей создает дополнительные условия для уголовно-релевантного аспекта взаимодействия субъектов, примером может служить рост разнообразных видов насилия в цифровой среде. В 2024 г. было зарегистрировано 765,4 тыс. преступлений в сфере использования высоких технологий, что на 11,8% больше, чем за 2025 г., а их доля в общей структуре преступности достаточно высокая. Наблюдается рост преступлений, совершаемых с использованием мобильных устройств связи и сети Интернет, что свидетельствует об опасных тенденциях преступности в цифровом пространстве. 

При определении правовой природы цифровых преступлений, которые связаны с применением цифрового насилия, их условно можно разделить на две группы. В первую группу следует включить те деяния, которые совершаются несмотря на прямой нормативный запрет в соответствующей статье Уголовного кодекса РФ (например, ст. 105, 135 и др., далее — УК РФ), а во вторую группу следует отнести те противоправные деяния, которые опосредовано отражают соответствующий характер насилия в виртуальном пространстве (ст. 119, 137, 138 УК РФ).

На сегодняшний день понятие «цифровое насилие» не имеет законодательного оформления в России. В теории уголовного права трактовки цифрового насилия достаточно различаются: так, Э.Л. Сидоренко рассматривает данное понятие как «онлайн-воздействие на лицо или группу лиц против либо вопреки их воле». Некоторыми исследователями делается акцент на характере вреда — такое насилие причиняет эмоциональный или физический вред личности. Наряду с термином «цифровое насилие» используется понятие «кибернасилие», что также по-разному определено в юридической литературе. Так, Н.Ю. Волосова определила его как «деструктивное агрессивное поведение, осуществляемое через телекоммуникационные сети с целью причинения физического, морального вреда или смерти жертве».

Анализируя различные точки зрения на определение рассматриваемого понятия, можно дать следующую дефиницию — цифровое насилие представляет собой комплексное противоправное воздействие через применение информационных технологий различного порядка: искусственного интеллекта, электронной почты, систем обмена мгновенными сообщениями и т.д., посягающее на цифровую безопасность личности, ее личные права и свободы. Разработка оптимально унифицированного определения цифрового насилия и закрепления его в соответствующей норме российского уголовного закона имеет большое значение, придает строго фиксированный смысл языковому выражению (термину языка).

В юридической литературе описана правовая природа различных проявлений цифрового насилия. Достаточно часто встречается в научных публикациях такая его разновидность, как кибербуллинг. Данное негативное явление представляет собой разновидность психологического насилия над человеком через оскорбления, угрозы посредством использования определенных цифровых инструментов (программных средств, платформ, технологий). Отличительными признаками данного явления следует признать публичность, системность и анонимность.