Концепция недвижимого имущества, являющегося объектом гражданских правоотношений, находит свое отражение в доктрине гражданского права и соответствующем законодательстве. Гражданско-правовые нормы, сосредоточенные в различных нормативных актах, в том числе кодифицированного характера, достаточно подробно регламентируют отношения, которые возникают в связи с оборотом зданий, сооружений, жилых помещений, земельных участков и других недвижимых вещей. Многие доктринальные источники посвящены исследованию правового режима объектов, относящихся к категории недвижимого имущества, что оказывает позитивное влияние на развитие и совершенствование законодательных предписаний, регулирующих определенные сферы общественной жизни. Как правило, соответствующие нормы содержат четкие понятия, критерии и признаки тех или иных видов недвижимого имущества, чего нельзя сказать о таком виде недвижимости, как участок недр. В п. 1 ст. 130 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) содержится указание о том, что к числу недвижимых вещей относится участок недр. На этом нормативная регламентация отношений по поводу данного объекта гражданских прав завершается, несмотря на то, что основы правового режима иных видов недвижимого имущества законодательно закреплены в рамках гл. 6.1 ГК РФ. Подобный подход законодателя, как представляется, адекватно не отражает социальные взаимосвязи, объективно существующие в обществе и государстве, целью которых является активное вовлечение участков недр в гражданский товарооборот, добыча полезных ископаемых и полезных компонентов, их дальнейшая реализация и использование. Обозначенный законодательный пробел усугубляется осложнением указанных общественных отношений в части образования участков недр, сформированных в результате разработки месторождений, из отходов недропользования, содержащих полезные ископаемые, которые экономически выгодно и целесообразно добывать с позиции рационального подхода к пользованию недрами.

В юридической литературе участки недр как правовое явление неоднократно становились предметом исследования. При этом некоторые авторы не относят к самостоятельной категории недвижимого имущества участок недр, рассматривая данный объект как «часть земельного участка, имеющего определенное целевое назначение – добычу недр». В частности, К.С. Калиниченко пишет, что «участок недр не является самостоятельным объектом права», в связи с чем на него необходимо распространить режим земельного участка. По мнению М.А. Димитриева, необходимо законодательно установить дополнительную категорию земель – земли недропользования.

Другие ученые указывают на различие таких объектов гражданских правоотношений, как земельный участок и участок недр, отмечая необходимость их юридического разграничения. Так, например, В.В. Левочко относит участок недр к недвижимой вещи в силу его естественной природы, наличию географических координат и отметок на местности.

В данном вопросе наиболее предпочтительной представляется точка зрения о самостоятельности анализируемых объектов, что обусловлено различием возникающих в отношении них социальных связей и установлением разного режима их использования. Думается, что смешение указанных юридических категорий способно привести к многочисленным спорам и конкуренции нормативных предписаний, имеющих разную сферу правового регулирования. Основным системообразующим признаком отнесения вещей к числу недвижимых бесспорно выступает связь с землей. Данный факт является непреложным в доктрине гражданского права и не вызывает споров в научной среде. Вместе с тем авторы, отрицающие самостоятельность такого объекта как участок недр, указывают, что при добыче хозяйствующим субъектом полезных ископаемых недра теряют свою ценность и их полезные свойства в конечном итоге иссякают. Однако представляется, что данное обстоятельство не влияет на правовой режим участка недр как недвижимого имущества.