Две так называемые судебные медицинские экспертизы – судебно-медицинская и судебно-психиатрическая – в действующем Федеральном законе от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее ‒ Федеральный закон № 323-ФЗ) представлены в ст. 58 и 62 главы 7 «Медицинская экспертиза и медицинское освидетельствование».

Так, согласно ч. 2 ст. 58 Федерального закона № 323-ФЗ судебно-медицинская и судебно-психиатрическая экспертизы являют собой отдельные виды медицинской экспертизы – экспертизы, проводимой врачами в медицинских учреждениях и основанной на применении специальных познаний в области медицины. Подобное «медицинское» понимание судебно-медицинской и судебно-психиатрической экспертиз как составной части медицинской деятельности содержит и Приложение к Положению о лицензировании медицинской деятельности, утвержденному Постановлением Правительства РФ от 1 июня 2021 г. № 852.

По смыслу ч. 2 ст. 62 Федерального закона № 323-ФЗ к судебно-медицинской и судебно-психиатрической экспертизам ошибочно приравнивается определение степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека. Последнее не следует признавать за еще один вид судебной медицинской экспертизы, так как он является лишь поводом, хотя и очень часто встречаемым, для назначения и проведения судебно-медицинской экспертизы в отношении живого лица.

В.А. Клевно к вышеуказанным судебным медицинским экспертизам прибавляет еще одну ‒ судебную медико-социальную экспертизу, основу которой составляют положения медико-социальной экспертизы. Необходимость в ее существовании указанный автор связывает с потребностью разрешения спорных вопросов в суде, требующих применения специальных медико-социальных знаний, не входящих в компетенцию врачей – судебно-медицинских экспертов.

По мнению М.Н. Сергеева и В.М. Степина, если в российском законодательстве нет легального определения понятия «судебная медико-социальная экспертиза», то в подобных случаях должна назначаться судебно-медицинская экспертиза в соответствии с процессуальным законодательством. Но применение судебно-медицинских методов не позволяет решить вопрос об утрате профессиональной трудоспособности, его разрешение вне компетенции врача – судебно-медицинского эксперта. Выход из создавшейся ситуации не виден и на уровне действующего Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека. Так, применительно к критерию «полная утрата профессиональной трудоспособности» в нем просто указана ссылка на Правила установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденные Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 октября 2000 г. № 789.